Святилище кровавой луны

Но я могу либо пуститься в безумную погоню, чтобы попытаться найти его защитную вещицу, которая может находиться, а может и не находиться в этом здании. Либо я могу сосредоточиться на том, что у меня уже есть, а позже сообщить Гидеону новость о том, что нам нужно будет сделать паузу для моей встречи с моим собственным клиентом.

Если мои предположения верны, сатир исследует и сопоставляет данные об объектах, а затем нанимает кого-то вроде меня добыть вещицу. Он посредник.

Неся стопку к столу, я со стуком бросаю ее.

Гидеон стоит в углу, спокойно наблюдая за тем, что я буду делать дальше.

– Веселье только начинается, – ворчу я, жестом приглашая его встать по другую сторону стола и подталкивая открытую книгу в его направлении.

Он тратит меньше секунды на просмотр страницы, прежде чем сказать:

– Следующая страница.

– Прочти как следует, иначе можешь что-то упустить.

– Следующая страница, – повторяет он с угрозой в голосе.

Подавив раздражение, я переворачиваю страницу, как он просит.

– Следующая, – произносит он, как только я опускаю взгляд в свою тетрадь.

Я шиплю, переворачивая для него страницу. Как я могу сосредоточиться или прочитать что-либо из этого, если я слишком занята, перелистывая каждую секунду новую страницу?

– Следующая, – повторяет он монотонным голосом. Я делаю, как он говорит. – Следующая, – снова заявляет он.

Захлопнув его книгу, я забираю ее у него и меняю на самую большую книгу в стопке, но и самую тонкую.

– Этот сатир попросил моего друга достать твою книгу в Ренлорке. В тот день, когда мы пришли сюда для обмена, нам сказали, что книга поддельная. Следующее, что мы узнаем, – это то, что сюда заявляются люди и обыскивают это место в поисках того, что, как я могу только предположить, является «Книгой Сумрака». Книгой, в которой ты был заперт. И каким-то образом калиак появляется впервые с тех пор, как зародилась цивилизация, и все это потому, что я не написала что-то кровью Сатрины, – перечисляю я, повышая голос.

Я не уверена, какой будет моя реакция, если он скажет мне, что это меня совершенно не касается. Может быть, швырнуть в него «Книгу Сумрака»? Очевидно, что это единственный предмет, который он способен держать в руках. Вместо этого он делает нечто гораздо более приводящее в бешенство. Он ничего не говорит.