Серебряная дорога

Эти крики мучают меня постоянно.

Лелле расстегнул воротник рубашки. Ему стало душно.

– Звучит ужасно…

– Хуже всего, если не умирают сразу. Если у них оторваны конечности, но они еще живы. Тогда надо подойти и добить с близкого расстояния. Глаза в глаза. И ты видишь все прямо перед собой. Как в глазах гаснет огонь. Жизнь убегает. – Он показал кончиком ножа на Лелле: – Каждое убийство проникает под кожу, разрушает тебя изнутри. Никто не предупреждал нас ни о чем таком до того, как мы приехали туда. Никто не объяснял, что происходит с тобой, когда ты хоть однажды познакомишься со смертью, встретишься с ней взглядом.

Как это цепляет, как становится частью тебя…

– Ты остался бы дома, если бы знал?

Патте потупил взор. Кожа на его лице жила своей собственной жизнью, дергалась и шла пятнами.

– Я любопытен до ужаса, – ответил он в конце концов. – Нам всем приходится знакомиться со смертью рано или поздно. Нельзя закрывать на нее глаза.

Лелле отодвинул кружку в сторону. Из-за духоты в комнате на него навалилась усталость.

Он не мог разговаривать о смерти, а о войне особенно, когда над ним довлело собственное горе. Ноги побаливали, когда он поднялся.

– Спасибо за кофе, но сейчас мне пора идти.

– Здесь в лесах хватает таких, как я. Потерявших себя людей, не способных больше жить в нормальном мире. Твоя дочь, пожалуй, одна из нас. Может, она просто взяла паузу?

– Лине нравится наш мир.

– По-твоему, кто-то причинил ей зло?

– Она никогда не покинула бы нас по собственной воле.

Я знаю это.

Мужчина проводил Лелле до входной двери, словно действительно не хотел отпускать его.

– Я буду иметь в виду твою дочь.

– Спасибо. За это я тебе очень благодарен.

– По моему опыту, прежде всего следует остерегаться улыбающихся людей.

– О чем ты?

– Я о тех, кто скалится без причины, обнажает зубы с целью расположить к себе. Именно в них прячется зло.

– Хорошо, я запомню это.

Лелле распахнул дверь, и Патте поднял руку, чтобы защитить глаза от яркого солнца.

– Я помогу тебе с поисками, – сказал он, – но я не в восторге от этого света.

– Понимаю. Он забирает силы.

Они обменялись рукопожатиями, но не произнесли больше ни слова. Прежде чем дверь закрылась, посмотрели друга на друга, как два человека, между которыми сложилось полное взаимопонимание. Разделявшее две усадьбы озеро выглядело черным, как лужа от масла. Лелле поспешил назад к машине. Его одолевало страстное желание убраться отсюда как можно скорее.