Там, за горизонтом

Мои карапузы покажут какую, только дверь без меня не отваливай, а то там хаски. Хрен его знает, как они встретят спасателей. Давай, допивай чай, а я пока проверю рюкзак у дочки, и займётесь. Так, твоя хата с рекламного проспекта в каком районе?

Антон озвучил. Михаил задумчиво потеребил щетинистый подбородок.

– Ага, понятно, сообразил… Нам по дороге на стоянку за строительным магазином зарулить придётся и закупиться, хм-м, затариться кое-чем… Да, там же и затаримся, чтобы далеко не ходить.

– Э?

– Генераторы нужны, сварочные аппараты и так, по мелочи барахлишком разжиться.

Привык я как-то к электричеству, хоть говорят, что свечи экологичней, но я ретроград и за модными веяниями не гонюсь, а тебя на грузовичок пересадим. Видел я там несколько корейских «головастиков».

* * *

Пессимистичные прогнозы не оправдались, хотя как сказать: дочку соседские лайки не покусали, но зализали чуть ли не насмерть. До последнего дня мелкая стрекоза проходила у отца под грифом завзятой кошатницы, и тут случился позорный афронт по всем статьям.

Кошатница кардинально поменяла породу и вид личных пристрастий на противоположный. Чистейшей воды собачница с солнечной улыбкой на устах радостно прыгала вокруг собак, а те вокруг неё. Впрочем, мелким лысохвостым котятам оказалось всё равно, свернувшись компактными клубочками в тёплой переноске, они свысока плевали на страсти с лающими конкурентами за хозяйское внимание. Одно хорошо: ни Владимира Сергеевича, ни его супруги дома не оказалось, видимо, смерть застала их в другом месте. Странно, но от этой мысли почему-то становилось легче.

– Лиза, хватит носиться, – опустив боковое стекло, прикрикнул Михаил. – Быстро загружайся в машину и зверя своего тащи! Антон, помоги, будь ласков!

В этот момент Грей вырвал поводок из детской руки, рванув куда-то в соседний двор. Дочка погналась следом. – Чёрт! – в сердцах ругнулся Михаил, выпрыгивая из кабины и устремляясь следом. – Лиза, стой! Стой, кому говорю! Пристрелю чёртову псину…

За спиной звучно хлопнула дверь кунга.

Присоединяясь к преследованию, на присыпанный бетонной пылью и сажей снег соскочили Валентина Петровна и Антон.

– Грей, Грей! Грей, ко мне! – надрываясь, кричала девочка, следом за псом забегая в открытую калитку частного детского сада, где, как в последний момент вспомнил Михаил, работала воспитателем жена Владимира Сергеевича.

Горестно завывая, Грей неистово заскрёбся во входную дверь с искусно нарисованными зайчиками и белочками.