Слепящий нож

Итак, положительный момент для нас, лучниц: застигните меня врасплох, и моя первая реакция будет такой же, как у моего противника-мужчины. Разумеется, я по-прежнему могу испугаться или замешкаться, скованная собственной нерешительностью, но если этого не произойдет, мое второе, третье и последующие движения будут контролироваться не хуже первого. Мои руки не будут дрожать; я смогу совершать отточенные движения, на которые мужчина неспособен. Однако в первую минуту я буду лишена прилива силы или повышенной чувствительности, а потом, возможно, будет уже слишком поздно.

Если мужчинам необходимо учиться контролировать наплыв чувств, мы должны уметь его приближать. Учитывая, что мы взбираемся на эту гору медленнее мужчин, для того, чтобы вовремя оказаться с ними на одной высоте и воспользоваться своими преимуществами, мы должны начинать карабкаться раньше. Это значит, что, если я попадаю в ситуацию и понимаю, что она может оказаться опасной, я должна приготовиться заранее. Я должна начать карабкаться.

Мужчина может попробовать шутить, чтобы снять напряжение, – пускай. Я не стану присоединяться. Из-за этого он может решить, что у меня нет чувства юмора, – ну и что? Это цена, которую я готова заплатить.

В этот день Тея и остальные девочки вышли из тренировочного зала несколько оглушенные. Услышанное произвело на них глубокое впечатление. То, что придавало этим женщинам несомненную привлекательность, поняла Тея, были их честность и сила – и эти два качества были неразрывно связаны друг с другом.

Женщины как бы говорили: «Смотрите, в своем деле я лучше всех в мире, но я не могу сделать все что угодно». Эти два утверждения, взятые вместе, давали им чувство уверенности, позволяющее принять любой вызов. Если собственных сил гвардейки было недостаточно, чтобы справиться с препятствием, это могла сделать объединенная сила команды – и она не стеснялась попросить о помощи, если это было необходимо, потому что знала, что в другой ситуации ее собственный вклад в работу команды будет не менее ценен.

Лучницы были непреклонны и безжалостны – и тем не менее находились в совершенном равновесии. Они уважали друг друга и уважали сами себя. Тея знала, что некоторые из них до прихода в Черную гвардию были рабынями; в других текла благородная кровь. Одни извлекали синий, другие желтый, зеленый или красный, были здесь и бихромы. Одни были высокими, другие тощими, третьи не уступали в мышечной силе своему командующему.