Слепящий нож

Все они были разными – но, признавая эти различия, гвардейки смотрели только на то, как их можно использовать, а не мерились, кто лучше или хуже. Служба в Черной гвардии являлась стержнем их личности; все остальное было вторично.

Для девочки, которая была рабыней, страдала цветовой слепотой и извлекала лишь один никому не нужный цвет, это было все равно как если бы перед ее носом помахали самой немыслимой мечтой. Вступить в Черную гвардию ей приказала ее спонсорша, годами она тренировалась с этой целью по указке других и для пользы других, но теперь она действительно желала этого сама, по собственным соображениям.

Глава 29

Кип с Теей закончили бегать круги – на этот раз наказана была Тея, за то, что ударила парня, пренебрежительно назвавшего ее малюткой, – и теперь у них не оставалось времени привести себя в порядок перед следующим занятием. Тея сказала, что это будет практика цветоизвлечения, – кажется, эта мысль приводила ее в ужас.

Как обычно, Тея показывала ему дорогу. Практикум проводился на другом уровне, на солнечной стороне Башни Призмы, не там, где у них обычно были лекции. Однако добравшись до нужной двери, Кип увидел, что перед ней его поджидает Гринвуди.

«О нет!»

– Кип, – произнес морщинистый служитель. – Ты опоздал. Красный люкслорд будет недоволен.

«А меня ведь так волнует его недовольство!»

– Чего ему еще от меня надо? – спросил Кип.

– Он вызывает тебя к себе.

– А если я не хочу идти?

Брови Гринвуди сложились домиком:

– Ты желаешь, чтобы я передал твой отказ Красному люкслорду?

На его лице было написано, что он считает Кипа жалким шутом. Служитель явно его недолюбливал и теперь, когда Кипа отлучили от семьи, не считал нужным это скрывать.

Кип упрямо набычился, готовый послать старого слугу ко всем чертям.

– Кип, – проговорила Тея. Она дождалась, пока Кип посмотрит на нее. – Не будь идиотом.

Он нахмурился.

– Ну хорошо. Пойдемте, – сказал он Гринвуди.

Вслед за стариком он дошел до покоев Андросса Гайла. Он пытался раздувать в себе гнев, но на самом деле все больше и больше нервничал. Гринвуди раскрыл перед ним дверь и жестом указал на тяжелый занавес, предохранявший помещение от света.