Смерть таится в наслаждении!

Что это с ним случилось? Сон это был или явь? Неужели у него начались галлюцинации? Он сошел с ума? Постепенно к нему возвращается чувство реального. Опустив глаза, он видит перед собою жену, которая взирает на него с неподдельным обожанием.

– Милый, – шепчет она, с трудом сдерживая волнение. – Сегодня ты был божественно прекрасен и могуч, как Геркулес…

Устало улыбнувшись, он потрепал ее по щеке и поцеловал. Впервые за двадцать лет их супружеской жизни. И какому мужчине не приятно будет услышать такое, пусть даже от собственной жены?.

. Опять зазвонил телефон.

– Наверное, стоит подойти… – говорит она, поднимаясь.

– Как хочешь, – сказал он, в изнеможении отваливаясь на ковре. И с новым, неведомым доселе чувством озирает пышную фигуру жены, ее великолепные рубенсовские формы и улыбается…

– Да, доктор, – щебечет она. – Да, спасибо. Все прошло просто великолепно. Да, я завтра обязательно к нам подъеду.

– Это было жутко, жутко, – она захлебывалась впечатлениями, лицо ее раскраснелось, вся она сразу помолодела и будто светилась изнутри.

Вы не представляете, доктор, какого страху я натерпелась, когда муж в лунатическом трансе направился к двери и открыл ее. Вначале мне показалось, что на лестничной клетке никого нет, только легкое и холодное дыхание овеяло меня, я приняла это за легкий сквознячок. Но теперь-то я понимаю: это был призрак.

– Не будьте суеверной, – сурово выговорил ей доктор. – Мы ведь с вами не в средневековье живем. Думаю, пройдет совсем немного времени, и ваш муж окончательно освободится от тягостных воспоминаний, отравлявших ему жизнь.

Но теперь перейдем к вам. Вы ведь тоже скрыли от меня кое-какие факты вашей биографии.

Теперь она по-настоящему побледнела.

– Почему вы так решили? Уверяю вас, у меня была очень скучная и заурядная жизнь, родом я из провинциальной, добропорядочной семьи…

– Случайно не из города М.? – как можно небрежнее осведомился врач.

Она глянула на него с прямо-таки суеверным ужасом и робко кивнула.

– Я обработал вашу анкету на компьютере, – заявил доктор, помахав кипой бланков, в которых напротив напечатанных вопросов ее рукой были проставлены крестики и нули, – и с математической точностью установил, что дважды, примерно в десяти – и в шестнадцатилетнем возрасте в вашей жизни произошли события, резко повлиявшие на всю вашу психофизиологию. И напрасно вы пытались скрыть это от меня. Психоанализ – серьезная наука.