Снег в августе

Майкл подумал: ей, наверное, полегчало, что они закончили разговор о евреях и о том, что произошло с мистером Джи, и он не стал возвращаться к теме – несмотря на то, что до сих пор прокручивал в голове фрагменты сцены в лавке сладостей. Когда она спросила Майкла, о чем еще, кроме метели, он разговаривал с мальчишками, он также испытал облегчение. Слишком запутанной и пугающей была эта тема. Он сказал, что «Доджерс» собираются взять в команду Джеки Робинсона из низшей лиги – кстати, цветного. И вся улица считает, что в высшую лигу того никогда не пустят.

– Говорят, что цветные игроки не так хороши, как белые, – сказал мальчик. – Они вроде как недостаточно усердны.

Мама мало что знала о бейсболе и глянула на фотографию рядового Томми Делвина, словно жалея о том, что он не может поговорить сейчас с Майклом.

– Ну, они не дали бы ему шанс, – сказала она, – если бы он не проявил усердия. – Она отхлебнула чай и пресекла попытку сына макнуть печенье в чашку. – Уверяю тебя: когда они подписывали с ним контракт, он точно не слонялся без дела.

Посуду они вымыли вместе. Мама выглядела очень усталой. Майкл вытирал тарелки и стаканы, она ставила их в шкафчик; затем она медленно направилась в гостиную. Уже несколько недель кряду она читала толстую книгу писателя по имени Арчибалд Кронин. Когда Майкл закончил с посудой, он также вышел в гостиную. Она сидела в большом сером кресле, рядом с которым стоял торшер, и полностью ушла в чтение. От керосиновой горелки воздух в комнате был жарким и спертым.

Оконные стекла запотели. Майкл рисовал на них рожицы пальцами и глядел на заснеженные улицы, жалея о том, что мать уже не рассказывает ему ирландские сказки, как в раннем детстве.

Сказки эти были даже интереснее, чем комиксы и книги в библиотеке на Гарибальди-стрит. Волшебные сказки о Финне Маккуле, великом ирландском воине, который однажды в разгар кровопролитной битвы нагнулся, поднял своей могучей рукой гору и обрушил ее на вражеские ряды.

Финн был настолько большим и сильным, а глыба настолько огромной, что, когда она упала в Ирландское море, она стала островом, который теперь всем известен как остров Мэн. А Ушин, его сын, последовал за женщиной с золотыми волосами в Страну вечной молодости, где он жил, не старясь, три столетия, пока не заела тоска по родной Ирландии. Ему было сказано, что путь домой знает его белый конь, но если он хоть раз спешится, то уже не вернется никогда.