Снег в августе

Там полно всего спрятано. Камни, алмазы, золото, все такое. Моя кузина Лефти однажды ночью с друзьями туда проникла, давно было дело, до войны еще. Но они ничего не нашли, раввин все надежно спрятал.

Он остановился и глазами, выдававшими возбуждение, принялся обшаривать помещение конфетной лавки: никто посторонний не должен был этого слышать.

– Ну и?.. – спросил Майкл.

– Так что, Майкл, ты уже просунул ногу в дверь. Войди в нее. Найди долбаные сокровища.

Сердце Майкла подпрыгнуло.

– Ты хочешь сказать, чтобы мы их украли? – прошептал он.

Сонни повернул голову в его сторону, косясь на стенд с комиксами и дешевыми журналами.

– Не-а. Не украли. Вернули – вот как я думаю. Все эти деньги они получают за аренду и за то, что у них так все дорого в магазинах, ну и всякое такое.

– Да ладно, Сонни, – сказал Майкл. – Это обычное воровство.

– Ну, даже если и так, то в чем проблема? Ты же хочешь купить своей маме дом? Во Флэтбуше или еще где-нибудь. Такой, чтобы и дворик, и дерево росло, и гараж с машиной там же.

Что – слабо ей заявить: все, матушка, я сорвал куш, и теперь тебе не надо работать в этой долбаной больнице!

– Она меня засмеет. Или вызовет чертовых копов.

– Фигня. И ты это знаешь, Майкл, – сказал Сонни. – Деньги не пахнут. Ты придумаешь, что соврать, и она поверит. Никто не будет вызывать полицию, чтобы сдать собственного ребенка.

– Не хочешь брать свою долю, – сказал Джимми Кабински, – так отдай ее мне. Мой дядя не станет вызывать копов.

– Я видел рабби, раввина, – сказал Майкл. – Он бедный. У него одежда вся обтрепанная. Верх ботинок похож на жареный чертов бекон. Если у него там сокровища, почему он не может купить себе пальто?

– Он может и не знать о сокровищах, – сказал Сонни. – Он ведь там недавно, да? Ты же в первый раз видел? Может быть, прежний помер и не успел сказать этому парню о сокровищах.

– А может, сокровищ там нет.

– Ну так проверь.

Вошел толстяк-полицейский Костелло и, покряхтывая, приобрел у миссис Словацки пачку сигарет «Пэлл-Мэлл».

Мальчики примолкли. Сыщик взглянул на них и вышел, сдирая целлофановую обертку с пачки. Эбботт сидел в машине, накренившейся на куче слежалого снега. Он кивнул толстяку, когда тот садился за руль.

– Бочка с дерьмом, – сказал Сонни.

– Большой суровый мужик, – сказал Джимми.

– Ну так как, Майкл? – спросил Сонни.

– Я не верю в эту историю, – сказал Майкл, уже жалея, что рассказал о своем визите в синагогу.