Сорняк, обвивший сумку палача

] (поразительно, не так ли, что имена столь многих отравителей начинаются с английской буквы С?), которые с помощью стрихнина, скополамина и сурьмы соответственно отправили целую армию жен и других женщин в могилу; Мэри Энн Коттон (понимаете, о чем я?), которая, после нескольких успешных опытных прогонов на свиньях перешла к отравлению семнадцати человек мышьяком[10 - На самом деле ей приписывают больше жертв – десять родных детей, пятеро пасынков, четверо мужей и мать – итого, двадцать человек.]; Дейзи де Мелкер, женщины из Южной Африки со страстью к водопроводчикам: сначала она выходила за них замуж, а потом разводилась с помощью дозы стрихнина.

– Собирать вырезки в альбом – идеальное времяпрепровождение для юной леди, – говорила Ниалла. – Аристократично… и при этом познавательно.

В точности мои мысли.

– Моя мама выбросила мой в мусорное ведро, когда я сбежала из дома, – сказала она с призвуком, который, если бы вырвался, мог стать смешком.

– Вы сбежали из дома? – уточнила я.

Этот факт заинтриговал меня почти так же сильно, как наперстянка на ее платье, из которой, припоминаю, можно извлечь растительный алкалоид дигиталин (более известный нам, химикам, как С

Н

О

).

На миг я с удовольствием вспомнила о том, как несколько раз в лаборатории я вымачивала в спирте листья наперстянки, собранные в нашем огороде, наблюдая за кристаллизацией тонких сияющих иголок и за восхитительным изумрудно-зеленым раствором, который образовывался после того, как я растворяла их в соляной кислоте и воде. Выделившейся осадком камеди, разумеется, можно вернуть исходный зеленый оттенок серной кислотой, затем придать светло-красный цвет парами брома и снова изумрудно-зеленый добавлением воды. Волшебно! Конечно, это смертельный яд, и в качестве такового он, конечно же, намного более захватывающий, чем глупые пуговицы и «Девичий ежегодник».

– Ммм, – произнесла она. – Устала мыть, вытирать, подметать и убирать и слушать, как тошнит соседей; устала лежать в кровати ночью, прислушиваясь, не зацокает ли по мостовой конь принца.

Я ухмыльнулась.

– Руперт все изменил, конечно же, – продолжала она. – «Пойдем со мной к вратам Диарбекира[11 - Руперт далековато звал свою подругу. Между прочим, Диарбекир – город в Турции.], – сказал он мне. – Поехали на восток, и я сделаю тебя принцессой в струящихся шелках и бриллиантах размером с кочан капусты».

– И он сделал?

– Нет. На самом деле он сказал: «Моя чертова ассистентка бросила меня.