Сорняк, обвивший сумку палача

 – Нечасто мы в нашем маленьком пасторальном болоте оказываем содействие августейшему театральному народу.

Она храбро улыбнулась.

– Наш фургон сломался – или что-то в этом роде. Барахлит карбюратор. Если бы дело было связано с электрикой, уверена, Руперт починил бы его в мгновение ока, но, боюсь, то, что относится к топливу, – это выше его сил.

– Голубушка, голубушка, – сказал викарий. – Я уверен, Берт Арчер в гараже все вам сделает. Я позвоню ему, если хотите.

– О нет, – быстро возразила женщина, может быть, слишком быстро, – мы не хотим вас так утруждать.

Руперт пошел на центральную улицу. Наверняка он уже нашел кого-то.

– Если бы нашел, он бы уже вернулся, – заметил викарий. – Давайте я позвоню Берту. Он частенько дремлет дома после обеда. Он не так молод, как прежде, да и все мы, если на то пошло. Тем не менее излюбленная моя максима в том, что – это касается и двигателей, даже послушных, – благословение церкви никогда не повредит.

– О нет.

Столько беспокойства. Уверена, у нас все будет в порядке.

– Чепуха, – сказал викарий, уже пробираясь сквозь лес могильных камней и на полной скорости направляясь к дому приходского священника. – Никаких проблем. Вернусь мигом.

– Викарий! – окликнула женщина. – Пожалуйста!

Он остановился на полпути и неохотно вернулся к нам.

– Дело в том… Понимаете, мы…

– Ага! Вопрос в деньгах, значит? – сказал викарий.

Она печально кивнула, склонив голову, рыжие волосы каскадом рассыпались по лицу.

– Уверен, что можно что-то придумать, – сказал викарий. – А! Вот и ваш муж.

Через церковный двор скособоченной поступью к нам ковылял коротышка с непропорционально большой головой, его правая нога при каждом шаге раскачивалась, описывая большой неуклюжий полукруг. Когда он подошел ближе, я увидела, что его голень сжимает тяжелая железная подпорка.

Должно быть, ему за сорок, хотя точно определить сложно.

Несмотря на очень маленький рост, его бочкообразная грудная клетка и мощные руки, казалось, сейчас порвут сковывающий их костюм из сирсакера[6 - Сирсакер – легкая жатая ткань в полоску.

]. Наоборот, его правая нога внушала жалость: судя по тому, как брюки свободно болтались вокруг того, что под ними, я могла определить, что она тонкая, как спичка. Со своей большой головой он напоминал мне гигантского осьминога, бредущего на неровных щупальцах по церковному двору.