Соседка сверху

Видно было, что ему не нравится больничная рубашка до колен с разрезами по бокам. Вся его одежда хранилась в шкафчике у входа в палату рядом, с санузлом. Амалия старательно помогала мужу. Но когда она случайно задела ногой утку под кроватью, то снова Патрик стрельнул в неё злобным взглядом.

После осмотра, доктор Бенакли сказал, что Патрик должен остаться в неврологическом отделении как минимум на неделю, возможно больше. Потом, с учётом всех снимков и анализов, они будут решать, что делать дальше. Его глаза уже не выражали оптимизм, скорее наоборот.

Он склонил голову в элегантном поклоне и попрощался с Амалией. Ему необходимо продолжать осмотр других больных.

Амалии также нужно было уходить, решать вопрос с работой и добираться до Шатийона. Она тяжко вздохнула и поцеловала мужа в колючую щеку. Патрик пристально глянул и тихо спросил свистящим шёпотом:

? Ну как тебе Бенакли? Хорош? Крепкий, ходячий, настоящий мужик, не то что я, да? Ты именно так думаешь?

Глава 8 Элен

? Малышка моя, конечно же, выезжаю прямо сейчас, вечером буду у тебя.

Не расстраивайся, всё порешаем. Я и так собиралась к Арнольду в Клермон-Ферран, так что чемоданы наготове. Але-оп, в дорогу.

Звонкий голос Элен успокоил Амалию. Ужасно уставшая, она возвращалась домой из больницы в рейсовом автобусе, в окружении шумных лицеистов. Невзирая на то, что стояли последние дни сентября, на улице было жарко, душно. Блузка намокла и неприятно приклеилась к телу, ноги в кроссовках вспотели.

Хотелось скорее принять прохладный душ. За окном мелькали голые виноградники. Сбор винограда в Божоле закончился неделю назад. На переезде оглушительно свистнул скоростной поезд и помчался в сторону Макона. После моста Дориё еще минут десять до дома.

Амалия даже не хотела звонить Патрику и слышать его голос после злобного выпада, поэтому просто выслала смс-ку, предупредив о приезде Элен. Его ответ был немногословным: “Прекрасно”.

От Гавра до Шатийона 640 километров.

Если Элен отправится сейчас и поедет по автомагистрали № 6, всё равно она приедет не ранее, чем в девять часов вечера. Подруги не виделись более пяти месяцев. Несмотря на ежедневное общение в соцсетях или по телефону, Амалии действительно не хватало присутствия её вечной, как они часто шутили, подружки Элен.

Они были знакомы с младенческого возраста и считали себя сёстрами. У Элен был старший брат Лоик, а Амалия была единственным ребёнком в неполной семье.