Сталь и камень

Открой же для меня глаза,

Увидишь здесь ты чудеса,

Под яркими звездами над головой

Таится сокровище… для нас с тобой.

У меня перехватило дыхание. Я думал, что видел сон, но источник голоса был прямо передо мной. В изумлении я наблюдал, как обсидиановое полотно ночи разорвалось, открыв мне захватывающее зрелище. Потерпевший крушение корабль лежал на скалистом острове, невозможно было сказать, когда с ним случилось это несчастье. Потертые доски на его палубе напоминали о мужестве и потерях, которые он пережил в долгих путешествиях.

По венам искрами пронеслась смесь волнения и ужаса. Какая тьма поглотила команду, когда-то бороздившую эти капризные воды? Моряков постигла та же судьба, что «Дыхание дракона»?

Я поспешил к штурвалу и с непоколебимой решимостью направил судно к острову. Сокровища не имели значения для моей миссии, но я чувствовал, что ответы на мои вопросы таились в глубинах этого призрачного корабля.

Мы подплывали все ближе, и скалы этого странного острова возвышались над морем, словно острые клыки.

По спине побежал холодок: казалось, все мои темные страхи собрались на острове и ждали меня. Сердце тяжело забилось в странном предвкушении. Я знал, что отступать нельзя.

Собравшись с духом, я направил корабль к скрытой бухте с темными и спокойными водами.

Я спустил шлюпку, чтобы пересечь опасные воды. Я греб к бригу, не отрывая взгляда от его заостренного носа. Судно нависло надо мной, таких огромных кораблей я никогда не видел. Древесина поблекла от времени и морской соли, рваными лентами снасти свисали с мачт.

И все же, несмотря на потрепанный вид, корабль сохранил определенное величие, которое пробудило во мне незнакомое чувство, обещание невообразимой опасности и приключений.

Я приближался к обломкам, и мучительно прекрасная мелодия звучала все громче. Казалось, она текла отовсюду и из ниоткуда одновременно, мистический звук, который пленял своей странной красотой.

Услышь мой скорбный стон, моряк,

О прожитых мечтах и снах.

Что делать, если нет любви?

Петь эту песнь, как соловьи.

Неожиданно меня осенило.

– Кто-то выжил в кораблекрушении, – выдохнул я, насторожившись. – На корабле человек! – Где-то в бурном море была женщина.

Мое сердце ускорило свой бег, я подплыл ближе, прорывая каждым взмахом весла темное полотно ночи. Снова и снова женский голос разбивал тишину, песня была болезненным плачем, который цеплялся за мою душу. Я знал эту боль, утрату несбывшихся юношеских мечтаний.