Страна потерянных вещей. Книга 2

Я разговариваю с ней, зову ее, но она не отвечает, и все это очень тяжело – так тяжело, что временами мне хочется сдаться. Сейчас это происходит все чаще и чаще – желание просто лечь и никогда больше не вставать. Так вот что я ищу: я ищу способ вернуть свою дочь, потому что просто уже не могу продолжать в том же духе. Что же касается того, что привело меня сюда, то это была книга, которую я сейчас читаю. Она словно чем-то заразила меня и заставила видеть и верить в то, чего нет на самом деле, включая всех вас.

– Но все это совершенно реально, – мягко произнесла «Добрый хозяин». – Абсолютно все, что вы способны себе представить, реально. Это вы сделали это таким. Это разворачивающаяся история вашей жизни, и мы являемся точно такой же ее частью, как и вы сами. И если вы пришли сюда в поисках своей дочери, то…

– Тихо! – Это от «Эмиля и сыщиков».

«Добрый хозяин» умолкла. Как и все остальные книги, хотя до этого их болтовня была беспрерывной: книги обращались к другим книгам, что обычно и делают книги, поскольку ни одна книга не создается отдельно от других, а литература – это долгий, непрекращающийся разговор между ее произведениями.

Ветер снова переменился. Стал холоднее, злее – это был тот вид холода, который не щиплет, а кусает. Издаваемые им звуки вызывались уже не случайными порывами, а чем-то больше похожим на вдохи и выдохи; и доносились они не снаружи, а из самой мансарды, исходя от стен, потолка и пола.

– Что это? – спросила Церера.

– А вот теперь, – объявил «Меч в камне», – настало время бояться.

– Вам нужно уходить отсюда, Церера, – произнес девичий голосок из «Доброго хозяина». – И побыстрей, но очень, очень тихо. Если вы будете сильно шуметь, он вас услышит. А он не должен вас услышать.

Церера попятилась из комнаты, и плющ беззвучно прикрыл за ней дверь. Ей хотелось броситься бегом, но она знала, что если это сделает, то сразу же будет замечена – предупреждение «Доброго хозяина» не осталось без внимания.

Поэтому она встала на самой верхней ступеньке лестницы, держась одной рукой за перила, а другой за стену, и постаралась сохранять полную неподвижность. Ветер за дверью достиг крещендо, прежде чем полностью стихнуть – но только лишь для того, чтобы смениться шелестом листьев, как будто кто-то или что-то пробиралось сквозь растительность внутри.

Церера присела на корточки, оказавшись на одном уровне с пустой замочной скважиной.