Странные дела к югу от города

Впервые роман был издан на Тайване и сразу стал бестселлером, завоевав внимание исследователей китайской литературы во всем мире. Книгу перевели на английский, японский, немецкий, французский и итальянский языки, она много раз удостаивалась международных литературных премий, а в начале 80-х годов ХХ века шанхайский режиссер У Игун снял по ней одноименный фильм, который вызвал огромный интерес у китайских зрителей и получил множество крупных международных наград.

Линь Хайинь ушла из жизни в декабре 2001 года в Тайбэе, в возрасте 83 лет.

Считается, что вырастил ее Пекин, а Тайвань сделал знаменитой. В памяти читателей она осталась писательницей, которая в своих произведениях запечатлела образы Пекина и Тайваня, отразив подлинный смысл происходивших там событий и истинные чувства живших там людей.

Зимнее солнце. Детство. Верблюжий караван

В город пришел караван верблюдов и остановился у наших дверей.

Выстроившись в длинную вереницу, животные молчаливо ждали команду хозяина. Погода стояла сухая и холодная.

Погонщик стянул с головы войлочную шапку, и от его лысины пошел белый горячий пар, который растворялся в сухом холодном воздухе.

Папа стал торговаться с погонщиком. На горбатые спины верблюдов были навьючены по два холщовых мешка. Я задумалась: что же в них лежит? Может, первоклассный чай с гор Чжуннаньшань? Или «черные драгоценные камни»? Я часто видела эти три иероглифа, выведенные черным на белых стенах городских складов угля. Именно уголь в мешках и оказался.

Погонщик сказал, что они пришли из района Мэньтоугоу – шли и шли себе потихонечку.

Другой погонщик подозвал верблюдов и насыпал им корму. Животные, подогнув передние копыта и выпятив зады, опустились на колени. Папа договорился о цене, и люди принялись разгружать уголь, пока животные утоляли голод.

Я стояла перед верблюдами и наблюдала, как они пережевывают пищу: безобразная морда, длинные зубы. С невозмутимым видом они жевали корм, скрипя зубами; из их ноздрей вырывался пар, а на губах выступила пена.

Я так увлеклась этим зрелищем, что сама непроизвольно задвигала челюстью.

Учитель говорил, что у верблюдов стоит поучиться спокойствию и невозмутимости. Они никогда не спешат, не суетятся, неспешно ступают и неспешно жуют; они знают, что рано или поздно дойдут, рано или поздно наедятся. Вероятно, медлительность этих животных и есть их природная суть, поэтому они так нелепо выглядят, когда при виде повозки вдруг пускаются бежать.