Странные дела к югу от города

Перед моим взором вновь ожили верблюжьи караваны под зимним солнцем, а мой слух вновь уловил плавный и мелодичный звон колокольчиков. Детство вернулось и наполнило душу.

Постоялый двор «Хуэйаньгуань»

1

Солнечный свет врывался через оконное стекло в комнату и заливал белую стену, стол с тремя ящиками и мою кроватку. Я проснулась, но всё еще валялась в постели, наблюдая за пылинками, кружащимися в солнечных лучах. Пришла няня Сун, прошлась метелкой из куриных перьев по подоконнику и по столу, подняв в воздух еще больше пылинок, и в лучах солнечного света они закружились еще отчаяннее.

Метелка в руках няни тем временем заплясала по моей кровати, прошлась по ее краям и углам, а ее ручка застучала по деревянным прутьям в изголовье. Я уже хотела возмутиться, но няня Сун опередила меня:

– Ах ты, соня! – и откинула одеяло, а я, оставшись лежать в одной пижаме, дважды чихнула.

Няня Сун заставила меня подняться и одела в новые ватные куртку и штанишки с узором. До чего же это были смешные штанишки! Поставишь их на пол, а они так и стоят – столько хлопка набито в штанины!

Мама сидела у жаровни и расчесывалась, слегка наклонившись вперед. Она водила гребнем по густой копне волос, которые перекинула через плечо на грудь. На жаровне стояло розовое масло для волос: из-за холода оно застывало, и, чтобы можно было им пользоваться, приходилось растапливать его на жаровне.

За окном ярко светило солнце, на голых ветвях расселись не испугавшиеся холода птички. Я задумалась: интересно, а здесь деревья когда покрываются листьями? Это была наша первая зима в Пекине.

Мама растолковывала няне Сун, что нужно купить на рынке. Она еще не освоила как следует пекинский диалект, и вместо «Купи полкило свинины, но не очень жирной» выдала: «Купи полкило свинины, не очень дырной».

Закончив приводить волосы в порядок, мама провела масляной рукой по моей голове и заплела мне волосы две косички.

– Няня Сун, я с тобой пойду!

– А не боишься той сумасшедшей с постоялого двора «Хуэйнаньгуань»? – поддразнила няня.

Няня Сун была родом из уезда Шуньи и плохо знала пекинский диалект, поэтому у нее получалось «Хуэйнаньгуань», в то время как мама произносила «Хуэйвагуань», а папа – «Фэйаньгуань». Я же в подражание соседским детям говорила «Хуэйаньгуань».