Суррогатная мать

Он закидывал ее вопросами, и вот Лорен уже рассказывала ему о себе: как она волновалась, что никогда не сможет зарабатывать картинами, как настоящий художник, и в конце концов будет вынуждена поступить в университет и найти “нормальную работу”, скучную до ужаса, просто чтобы хватало денег на еду. Такую жизнь ей пророчила мать, советуя превратить творчество в хобби и отодвинуть его на второй план.

– Это же глупо! Во всех отзывах в интернете пишут, что ты гений, к тому же половину картин уже раскупили. – Он говорил пылко, с искренней убежденностью.

 – Твоей маме не мешало бы купить очки. Или она у тебя художественный эксперт?

– Нет, она снимает сериалы для телевидения.

– Видимо, ей хочется, чтобы ты жила по ее сценарию. Интересно, из каких книг по воспитанию родители берут все эти трюки?

Лорен засмеялась, испытывая удивительную радость от бунтарства.

– Мама нас любит, но иногда перебарщивает. Она всегда уверена в своей правоте. Сестре с этим проще – у нее мозг размером с планету, и училась она лучше всех, что в школе, что в универе.

А я постоянно ссорилась с мамой, пока она не разрешила мне поступить в художественный колледж. Мы с ней слишком разные: я глупенькая и влюбленная в искусство, а она пробивная и целеустремленная. – Лорен замолчала. – Очень грубо с моей стороны так о ней отзываться. Все стало не так плохо, когда я уехала из дома. Да и мама всегда выручает, если мне не хватает на аренду. А твоя мама какая?

Дэн ухмыльнулся:

– Судя по всему, полная противоположность твоей.

Он рассказал, что его мама – самая обыкновенная, никогда не вмешивалась в его жизнь, если видела, что он счастлив. Благодаря ей вся семья держалась вместе, и именно поэтому новость о ее раке груди стала для них большим ударом. Он младший из трех сыновей и, когда ей поставили диагноз, он еще был студентом. Отец не справлялся, поэтому Дэн взял академический отпуск на год, чтобы приглядывать за ними. Он потер лицо, будто пытаясь стереть воспоминания.

– Она прошла через операцию и химиотерапию, последний год в ремиссии, но опухоль оказалась очень агрессивной, так что вполне вероятно, что болезнь вернется, – сказал он, и его зрачки сузились.

 – Мы воспринимаем родителей как должное, а потом что-нибудь случается, и ты вдруг осознаешь, что они не вечны. Пришлось очень быстро повзрослеть.

– Какой кошмар, – сказала Лорен. Глаза пощипывало от накатывающих слез.

– Да уж.

Они смотрели друг на друга не отрываясь.