Суррогатная мать

И она, будто частный детектив, приготовилась расследовать смутное будущее, возможно, ожидающее ее. Количество людей поражало: залы, в которых проходили семинары, были набиты битком, к стендам репродуктивных компаний со всего мира, где они продавали свои услуги, выстроились очереди.

Консультант в малиновом платье с глубоким вырезом и туфлях на шпильке перегородила Рут дорогу, предлагая бокал шампанского и пиалу с оливками. Она представляла крупную барселонскую клинику, рекламный стенд которой обещал отличное соотношение цены и качества, полную конфиденциальность и последние научные достижения, однако, когда Рут описала свою ситуацию, женщина отпрянула.

– В Испании, как и в большинстве европейских стран, суррогатное материнство запрещено.

– Почему? – удивилась Рут.

Женщина пожала плечами.

– Наверное, у нас другой менталитет. Суррогатное материнство считается неэтичным, потому что это использование женского тела. К тому же это неестественно и может иметь ужасные последствия, – сказала она и неодобрительно сжала глянцевые губы.

 – Мы предлагаем только ЭКО, но вам оно не подойдет.

Рут покраснела и отошла. К счастью, остальные представители оказались более дружелюбными: Кипр, Россия и Украина заинтересовались ее случаем. Взяв пачку брошюр, она подошла к стенду одной из ведущих лондонских клиник. Специалист в идеально сшитом двубортном костюме, явно говорившем о том, что его владелец уже много лет одевается только у портных, негромко общался с женщиной лет сорока.

Рут не слышала, о чем они говорили, но эмоции были вполне ясны: тревога и сомнения против вкрадчивых доводов и мягкого убеждения. Доктору с серо-стальными кудрями и очками в серебряной оправе было около шестидесяти.

Наконец он повернулся к Рут и сказал:

– Мадам, прошу прощения, что заставил вас ждать. Чем я могу помочь?

То ли итальянец, то ли грек с манерами самого очаровательного метрдотеля.

– Моя дочь не может выносить ребенка, но у них с мужем остались замороженные эмбрионы после ЭКО.

Скажите, пожалуйста, смогу ли я стать для них суррогатной матерью?

– Мадам, извините за нескромный вопрос, но могу ли я поинтересоваться, сколько вам лет?

– Всего-то пятьдесят четыре.

Доктор удачно изобразил галантное удивление, которое затем сменилось драматичным огорчением.

– К сожалению, у нас ограничение по возрасту пятьдесят один год. Раньше порог был выше, но его пришлось снизить из-за различных рисков для матери и ребенка.