Суфии – мысль и действие

Также предстоит еще выяснить природу «безумных эксцессов» у лживых или самообманывающихся людей, принадлежащих к культам, имитирующим суфийские группы и ошибочно принимаемым за подлинно суфийские школы.

В свободном обществе, при современных средствах коммуникации, решение обеих этих задач становится не только возможным, но и неотвратимым.

Должное уважение к людям – существенно необходимо, но даже малое потворствование процветанию заблуждающихся или поверхностных людей, как в Суфийской, так и в других областях, ни к чему хорошему не ведет.

Я говорю так потому, что на одной из моих недавних лекций некий благонамеренный, но поверхностный благочестивец прокричал мне: «Не стреляйте в пианиста, он играет, как может!» Разумеется, предложения застрелить пианиста не поступало. Но мой критик, по-видимому, даже и не подумал о том, что пианист, возможно, нуждается в уроках, и что удовлетворение этой его нужды – есть проявление подлинной о нем заботы.

Иными словами, разве мы обязаны оставить неудовлетворительную ситуацию в ее нынешнем положении?!

Человек приноравливается к привычке своего «Командующего Я» выуживать лживые аналогии, чтобы, как гласит суфийская фраза, охранять пустой дом от грабителей.

Подобно тому, как Суфии всегда заявляли, что их путь находится в согласии с любой истинной религией, они утверждают также, что этот путь не привязан к какому-либо периоду времени и всегда представлялся человечеству, начиная с самого раннего этапа его существования.

Ибн ал-Фарид сформулировал это так:

Чествуя Друга, мы без конца пили вино

Даже еще до сотворения виноградной лозы.

В то время как в своем внешнем аспекте Учение может видоизменяться, чтобы соответствовать особенностям разных культур, в своем внутреннем аспекте оно остается сущностно единым.

Это утверждение помогает отличить суфийских имитаторов от реальных Суфиев. Извращенные культы или культы повторений, претендующие на то, что они Суфийские, имеют тенденцию использовать устаревшие или неуместные технические приемы, регалии и даже одежды и языки, которые переносятся или импортируются из одного времени и культуры в другие.