Тайна леди Одли

Если бы ему это удалось, он увидел бы тоскливый взгляд, устремленный не к горизонту, а гораздо дальше, в бесконечную неизвестность, в иной мир.

– Люси, вы слышите меня?

– Да, – печально отозвалась она.

Впрочем, в ее тоне не проскользнуло ни холода, ни обиды.

– И каков ваш ответ?

Несколько мгновений она сидела молча, не отрывая взгляда от темнеющего пейзажа. Затем повернулась к сэру Майклу с неожиданной страстью, которая осветила ее лицо новой, чудесной прелестью, заметной даже в нарастающей мгле, и упала перед ним на колени.

– Нет, Люси, нет! – горячо запротестовал он. – Не надо, прошу вас, не здесь!

– Нет, здесь, – промолвила она с необыкновенной страстностью, не громко, но сверхъестественно отчетливо, – и только здесь! Как вы добры, щедры, благородны! Полюбить вас! Женщина в сто раз красивее и добродетельнее меня могла бы полюбить вас от всей души. Но вы ждете от меня слишком многого. Только подумайте, какую жизнь я вела. С самого раннего детства я не видела ничего, кроме бедности.

Отец мой был джентльменом – умным, образованным, великодушным, красивым и… нищим. Мать моя… Впрочем, позвольте мне о ней умолчать. Бедность и лишения, унижения и потери. Нет, при вашей спокойной и обеспеченной жизни вам не понять, не прочувствовать всего, что пережила я. Не требуйте от меня слишком многого. Поймите, я не могу быть бескорыстной, я не настолько слепа, чтобы не видеть благ, что сулит мне такой союз. Нет, я не могу! Не могу!

За ее возбуждением, за этой страстной горячностью скрывалось нечто такое, чему трудно было дать точное определение и от чего баронет почувствовал смутную тревогу.

Меж тем Люси по-прежнему стояла на коленях у его ног, чуть ли не ползала перед ним. Тонкое белое платьице разметалось по полу, светлые волосы падали на плечи, большие голубые глаза блестели в сумерках, а руки сжимали черную ленточку, словно та ее душила.

– Вы слишком многого от меня ждете, – повторила она.

– Люси, скажите прямо, я вам отвратителен?

– Нет, вовсе нет!

– Вы любите другого?

– Я никого не люблю, – расхохоталась она.

 – Никого в целом свете.

Баронет обрадовался, хотя смех девушки ранил его чувства. Помолчав немного, он нерешительно произнес:

– Что ж, Люси, я не буду требовать от вас слишком многого. Да, я старый романтичный болван, но если я не вызываю у вас отвращения и если вы не любите другого, то не вижу причин, почему бы нам не составить вполне счастливую пару. По рукам, Люси?

– Да.