Тирания веры

Правосудия и гражданские законники, многие до сих пор одетые в ночные рубашки, голосили и бранили своих неумолимых тюремщиков. Тесные коридоры и комнаты наполнились гневным воем и возмущением. Их прежнее недовольство переросло в бурное негодование.

Перед Вонвальтом, который должен был возглавить этих людей, стать их господином и магистром, ныне стояла незавидная задача – провести в их рядах зачистку. Но эти аресты не имели ничего общего с традиционным судебным преследованием. Нет, в тот день мы просто устраняли инакомыслящих.

И это стало возможно лишь благодаря новой особой процедуре, которую установил своим повелением Император. Общее право, подобно песчаной отмели, исчезло под его указом, как под волной прилива.

Сэр Радомир, Брессинджер и я шли за Вонвальтом и его гвардейцами, которые вихрем проносились через Ложу. Первой в списке оказалась женщина по имени Элланер Бода – Правосудие, которая, несмотря на молодые лета, занимала в Ордене высокое положение. Ее дверь оказалась заперта, вероятно, из-за громкого шума, который поднялся снаружи.

Женщина-гвардеец проворно расправилась с препятствием, метко вышибив дверь ногой, и Вонвальт ворвался внутрь.

Послышался его крик:

– Брось оружие!

Я поспешила следом за ним и увидела женщину, стоявшую позади стола. В руке она держала кинжал, а ее лицо искажала озлобленная гримаса.

– Где Натаниэль? – гневно спросила она. Взвинченная, она применила Голос Императора, который подействовал лишь на меня, сэра Радомира и Брессинджера, да и то несильно.

Ее Голос было не сравнить с мощью Кейдлека, которая поразила меня, как удар кулаком в лицо.

– Правосудие леди Элланер Бода, вы вступили в сговор с врагами Империи и намеревались навредить государству. На этом основании вам предъявляется обвинение в государственной измене.

– Что происходит? И что за извращенные шутки? – недоверчиво рявкнула Бода.

– По сему обвинению я, Правосудие Императора сэр Конрад Вонвальт, волею Его Величества Императора Лотара Кжосича IV признаю вас виновной.

– Конрад, ради Немы, о чем ты говоришь? Где тебя носило?

Вонвальт повернулся к гвардейцу, который стоял по правую руку от него.

– Отведите ее вниз, – тихо сказал он.

Гвардеец шагнул вперед. Бода снова попыталась применить Голос Императора, но тот, как криво пущенная стрела, не возымел никакого эффекта даже на меня.

– Бросьте кинжал, – велел гвардеец. Он был рослым, по меньшей мере на голову выше ее, но Бода, похоже, его не страшилась.