Только для него

 – Печь вам порекомендовали в «Фэрвью», так сказать, в качестве трудотерапии?

– Прошу вас, называйте меня Наташа. Мне так больше нравится.

– Охотно. – Он слизнул сахарную пудру с большого пальца, и Наташа залилась поистине девичьим румянцем.

– На вашем месте я бы очень злилась. Честно говоря, я тоже злюсь. Не очень-то приятно было звонить родителям и предупреждать, что они, и их соседи, и вообще все, кого они знают, прочтут о моем нервном срыве в вечерней газете. Что к ним в дверь будут звонить и ломиться репортеры.

Что они, кстати, не замедлили сделать.

– Никаких комментариев.

Улыбка стала чуть шире, на щеке появилась крошечная морщинка.

– Кстати, насчет «Фэрвью» все неправда… Через пятнадцать минут после вашего ухода мы с Майлзом Морганом расстались.

– Он вас уволил? Я не очень хорошо разбираюсь в трудовом праве, но уверен, что он поступил противозаконно. Он не имел права вас увольнять, пока вы больны.

– Возможно, вы и правы, – признала она, – но я отказалась идти ему навстречу и притворяться, будто у меня нервный срыв.

И не стала прятаться в «Фэрвью», чтобы спасти репутацию фирмы.

– Я читаю газеты.

– Все читают газеты, – ответила она. – Предполагается, что сейчас я даю отдых усталым мозгам и обдумываю свое будущее.

– Вы ничего не отрицали, – заметил он.

– Мне бы ничего не помогло. Я не сумасшедшая. Меня подставили! Потом он перешел к угрозам, что подаст на меня в суд за злонамеренный ущерб… – хрипло продолжала она. Зрачки стали огромными.

Он невольно подумал: что она будет делать, если он схватит ее руку и приложит к молнии на своих джинсах? Если он вопьется в нее поцелуем?

– В общем, мне показалось, что оставаться там бессмысленно.

Он отвернулся, подошел к чайнику, встряхнул его, проверяя, достаточно ли воды, включил. Что угодно, лишь бы отвлечься от мыслей, роящихся у него в голове. Тех же мыслей, что выгнали его из кабинета Майлза Моргана, только еще более энергичных.

У него не было проблем со связями «на одну ночь».

Ни к чему не обязывающий секс, просто хорошее времяпрепровождение, которое не задержится в воспоминаниях надолго. Сложности начинались, если включить голову. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы она осталась. Но и прогнать ее он тоже не мог…

– Похоже, вы хотите отрицать, что Хедли-Чейз заражен древесным жучком, – сказал он, бросая в кружки чайные пакетики. Сделав над собой усилие, он перевел разговор снова на дом. – Об этом раструбили во всех газетах.