Только для него

Кто же вам теперь поверит, даже если вы станете утверждать обратное?

– Верно… Хотя это и не так, – сказала она, видимо, с таким же жаром, как и он, возвращаясь к делу. – Дом не заражен жучком. Правда, в последние годы он пребывал в запустении, надо подлатать крышу, но самое главное – реклама привлекла к нему внимание, – сказала она серьезно, как будто в этом было что-то хорошее. – Мою фотографию перепечатали все воскресные приложения о недвижимости.

– Вашу фотографию? – Он взмахом руки указал ей на старый диван, на котором он спал, когда работал допоздна и слишком уставал для того, чтобы пройти сто шагов до дома.

– Есть, конечно, и он старался, как мог, передать красоту интерьеров, но в тот день, когда мы выехали на съемку, дождь лил как из ведра, и, как он ни бился с фотошопом, ничего не выходило, – призналась она, садясь на старые продавленные диванные подушки.

– У вас хороший глаз.

– На самом деле я сделала несколько сот кадров. И выбрала один.

«Не просто выбрала», – подумал он, доставая молоко; он должен был чем-то занять руки. Она не жалела своего времени. Если, конечно, верить ее словам…

– Какая жалость, что издания о недвижимости не ограничились публикацией фотографии.

– Этого и быть не могло. Она была так хороша, что к ней непременно должен был быть написан текст, это была превосходная возможность для рекламы. Если бы Майлз не запаниковал…

– То что? Что бы вы сделали?

– Ну, для начала наняла бы уборщиков за счет фирмы. Затем я бы пригласила редакторов изданий о недвижимости на ланч в близлежащем пабе, а когда они вдоволь налюбуются окрестностями, я бы медленно-медленно повезла их к дому, чтобы они в полной мере насладились видом.

– А потом?

– Я нисколько не сомневаюсь, – сказала она, – что за неделю нашла бы вам покупателя.

Ее улыбка была лучезарной.

– Несмотря на шаткую лестницу и протекающую крышу? – не отступал он.

– Дождя не было целую неделю.

– Но жара не может длиться вечно.

– Верно, и поэтому мы должны сейчас же взяться за дело. У Хедли-Чейз столько возможностей! – продолжала она.