Трон из пепла

Взгляд метался в темноте, она часто заморгала, чтобы различить очертания комнаты, и до боли в руках вцепилась в простыни, но мягкая ткань тут же даровала небольшое облегчение и усмирила разум – это не холодная металлическая скамья, на которой она лежала в своем ночном кошмаре. За этим последовал приступ паники, отчего сердце бешено забилось так, что Фейт боялась, что оно выпрыгнет из груди или остановится, если она в ближайшее время не успокоится. Фейт напряженно заморгала в попытке вспомнить, где находится, и убедить себя, что действительно проснулась.

Когда она не сразу узнала окружающие предметы, в голове пронеслась череда ужасающих вариантов. Потребовалась мучительно долгая минута, чтобы ее человеческие глаза привыкли к темноте. Осматривая чужую комнату, на нее тут же нахлынули воспоминания, а с ними и волна облегчения.

Райенелл. Она была в Райенелле. Просто пока не успела привыкнуть к новой комнате. Фейт сделала глубокий вдох. Затем вспомнила жуткий повторяющийся кошмар, из которого она только что вырвалась, и глаза защипало от страха и разочарования.

Фейт так никому и не призналась, что после пережитого в Хай-Фэрроу – ментальных пыток в руках убитого капитана Вариса и последующих событий – воспоминания преследовали ее во сне и наяву. Она уже давно забыла, что такое полноценный ночной отдых. Вернулось знакомое истощение, подобное тому, от которого она страдала годами, прежде чем узнала о своих Ночных странствиях.

Открытие привело в ужас.

Фейт не думала, что способна создавать собственные сны или кошмары. Ник объяснил ей, что Ночные странники не переживают бессознательных видений во сне. И все же каждый раз, когда она поддавалась усталости, с которой ежедневно боролась, Фейт проскакивала мимо своего золотисто-белого тумана, даже не взглянув на его сверкающую красоту, и попадала прямо в тошнотворные видения смерти Джейкона и Марлоу, насмешек и ласк капитана или, что еще хуже, жестокого убийства Каяса, которое было реальным.

Фейт откинулась на кровать и повернулась, чтобы свесить ноги с высокой кровати. Прикосновение кончиков пальцев к холодному дереву заставило ее вздрогнуть. Это реальность. Она сосредоточилась на том, чтобы выровнять учащенное дыхание и позволить прохладному воздуху прояснить разум. Горло сжалось от подступающей тошноты. Фейт сделала большой медленный вдох и уронила голову на руки, борясь с приступами печали. Она была эмоционально истощена.