Тупая езда

Но на этот раз все не так плохо, только сосок болит, так сильно он его сжал. Хуже всего словесный поток, что хлещет из его пасти.

Ужасно, что мне приходится ему давать, но здесь хорошо платят.

Поэтому я рада, что все закончилось, и теперь укладываю вещи в свой шкафчик. Затем я прохожу через комнату для отдыха, приемную и выхожу на улицу. Иду по Лит-уок в сторону центра. Тут подъезжает такси – а я даже рукой не махала, – и я вижу, что внутри Терри.

– Подвезти?

– А куда ты едешь?

– В Сайтхилл.

– А я – в Горджи.

– Мне по пути. Залезай, – говорит он, а потом слегка улыбается. – Давай! Я не на счетчике!

Я сажусь и мы едем в центр.

– Послушай, – говорит Терри, – если я вдруг забегаю вперед – только скажи, но вдруг ты хочешь потрахаться?

Я закатываю глаза:

– Я весь день только и делаю, что лежу в кровати.

– Ясно, но по собственному желанию – это ведь совсем другое дело.

Не понимаю, почему он не предложил этого раньше.

– Можешь трахать любую из нас когда угодно, но только в сауне.

Уверена, что у вас с Виком общий халявный счет… и с этим, блядь, Кельвином.

– Да обстановочка там не та, – говорит Терри. – Девочка должна хотеть, иначе мне скучно.

И как бы смешно это ни казалось, но я действительно хочу. Прежде всего потому, что хоть мысленно я и была за тридевять земель от Кельвина, все равно не хочу всю ночь думать о том, что сегодня последним на мне был этот придурок. Прикол, конечно, но, сколько в постели не лежи, удовольствия ты никогда не получишь.

Так можно и веру в себя потерять, потому что, даже думая о других вещах, иногда заканчиваешь смену и понимаешь, что теперь вот хочется нормально поебаться. Потому что на работе ты нормально не поебешься, а вот нужную волну иногда словить можно.

И вот я смотрю на этого Терри, на эту буйную кудрявую копну волос. У него в глазах тот же блеск, что и у всех ебырей.

– Я слышала, что ты парень не промах.

Хорошо укомплектован по части шишки.

– Гарантия качества, – отвечает он, сворачивает с Горджироуд и останавливает машину в переулке.

8. Беготня

Ношусь как чокнутый, волнуюсь за малышку Джинти, дважды вниз по лестнице, да, точняк, дважды. Не знаю, где она. Пытаюсь дозвониться до нее по мобильнику, по мобильнику, точняк.

Мобильник.

Меня ужасно пугает мысль о том, что она может оказаться в этом урагане, в этой Мошонке.