У любви твои глаза

– Эту неуклюжую дрянь и на пушечный выстрел нельзя подпускать к такой работе, – презрительно бросила Селестия и наконец-то ушла.

– Меня зовут Джинджер, раз уж вы собрались разговаривать с моими начальниками.

Порция примирительно подняла руки:

– Слушай, я не собираюсь ни с кем разговаривать, но советую тебе сегодня больше не попадаться Селестии на глаза.

– Не собираешься? – удивленно моргнула Джинджер.

– Конечно нет. Нельзя же увольнять человека из-за простой случайности.

– Случайность.

– Подожди… – Порция ухватила девушку за руку, одновременно слегка посторонившись, пропуская двух официантов. – Ты это специально сделала?

– Облила твою мать шампанским? С чего бы это? – Джинджер снова улыбнулась, и Порция опять уловила нечто смутно знакомое. Словно она должна была знать эту девушку.

– Не знаю, – честно признала она. – Но по-моему, довольно сложно выплеснуть шампанское из одного бокала, не опрокинув при этом всех остальных.

– Так ты собираешься на меня жаловаться или нет?

– Зачем ты это сделала?

– Что? Облила некую даму, прилюдно оскорблявшую собственную дочь? Зачем бы мне это делать? – С этими словами Джинджер явно собралась уйти, но не успела она сделать и двух шагов, как обернулась и добавила: – Слушай, я, конечно, понимаю, что это не мое дело, но на твоем месте я не стала бы безропотно все сносить. Родственники не должны так друг с другом обращаться.

– Не должны. – Порция никогда не питала иллюзий насчет собственной матери, но почему-то решила оправдываться перед этой странной незнакомкой. – Я знаю, что порой мама ведет себя как настоящая стерва, но мне не остается ничего, кроме как делать вид, что она действует в моих собственных интересах. И в таких вопросах она почти всегда права, а я ошибаюсь. Если она говорит, что люди неправильно поймут эти фотографии, значит, скорее всего, они уже неправильно их восприняли.

– Возможно, но тебе-то какое дело?

– Я живу среди этих людей.

– Люди бывают разные, но семья всегда должна быть за тебя. Что бы ни случилось. – Джинджер нахмурилась. – И плевать на весь мир.

В словах официантки звучало столько ярости, что Порция снова пригляделась к девушке и вновь уловила в ее чертах что-то невероятно знакомое.

– Мы раньше встречались?

Джинджер так резко шагнула назад, что бокалы на ее подносе опасно покачнулись.