Украденное ожерелье

Напротив, узнав о карточном долге де ля Кальпренеда и о предполагаемой дуэли с Бурлеруа, он еще больше утвердился в своем мнении, что Жюльен, горя нетерпением расплатиться со своим оскорбителем, решился ради этого расстаться с семейными бриллиантами и носил их куда-нибудь, чтобы заложить немедленно. Ночью же это ему, к счастью, не удалось.

«А теперь я помогу и надеюсь, что в другой раз он скорее обратится ко мне, чем к ростовщикам, хотя причина, заставившая его взяться за бриллианты, самая извинительная из всех, и я почти не смею осуждать его», – продолжал думать Дутрлез, пока Жюльен, почти ничего не евший за завтраком, все еще сидел задумавшись и вскоре совершенно машинально закурил сигару, даже забыв предложить другую своему амфитриону[4 - Имя греческого царя, используемое как символ гостеприимства.

].

За десертом Дутрлез всеми силами старался развлечь своего собеседника, в то же время усердно подливая ему то одного, то другого ликера в надежде, что под их влиянием наступит наконец минута полной откровенности и ему удастся узнать историю своего ночного трофея, который все еще лежал в его кармане.

Наконец Жюльен разговорился об обычных посетителях их клуба.

– Видеть их каждый вечер, – сказал он в ответ на юмористическую выходку Дутрлеза, – просто убийственно, а платить за это удовольствие несколько сот франков ежедневно уже совсем глупо, согласен с вами, и я был бы очень рад от них отделаться.

– Да разве это трудно? Выходите из клуба, и я выйду вместе с вами.

Игра мне окончательно надоела.

– В таком случае вы очень счастливы, и я вам завидую. Меня же, к стыду моему, так и тянет к баккара, несмотря на весь горький опыт последних дней.

– Да, признаюсь, должно быть, неприятно быть должником Анатолия Бурлеруа! – проговорил Дутрлез.

– Так неприятно, что трудно вам передать. Да, тяжелы были для меня эти два дня! Я просто с ума сходил, окончательно терял голову, был готов на все, чтобы только отделаться от этого мерзавца.

Великое благо для меня ваша помощь. Знаете, бывали минуты, когда я, кажется, готов был ограбить первого встречного или, по крайней мере, заложить все наше семейное серебро.

– Ну уж и заложить серебро! Не клевещите на себя, вы бы никогда этого не сделали! Ах, кстати, посмотрите мою находку. Под залог этой вещицы, вероятно, дали бы кругленькую сумму.

Дутрлез хотел воспользоваться этой минутой для окончательной атаки на Жюльена.