Уродина

Вот почему мне так хотелось, чтобы ты познакомилась с Дэвидом. Чтобы ты поняла, что все это по-настоящему.

– Не верится что-то. И что это за место, о котором ты говоришь?

– Оно называется Дым. Это не город, и там никто не командует. И нет красотулек.

– Просто страшный сон. И как туда добираться? Пешком?

– Шутишь? – рассмеялась Шэй. – На скайбордах полетим, как обычно. Есть такие особые скайборды для полетов на большие расстояния. Они работают на солнечных батареях. Маршрут специально проложен вдоль рек, ну, и так далее.

– Но как же там живут люди, Шэй? Как ржавники? Рубят деревья и отапливают дома дровами? Бросают мусор где попало? Это неправильно – жить на природе, если только ты не собираешься жить как животное.

Шэй покачала головой и вздохнула.

– Это все школьная болтовня, Тэлли. У них есть разная техника. И они вовсе не как ржавники – дрова там и прочая чушь. Но они не строят стену между собой и природой.

– И все до одного уроды.

– А это значит, что уродов нет вообще.

Тэлли натужно рассмеялась.

– Это значит, что нет красивых.

Какое-то время они сидели молча. Тэлли смотрела на то, как на другом берегу взлетают и гаснут фейерверки. Теперь на душе у нее стало в тысячу раз тяжелее, чем раньше, до прихода Шэй.

Наконец Шэй произнесла те слова, которые вертелись у Тэлли на языке:

– Я потеряю тебя, да?

– Но это ведь ты собираешься бежать.

Шэй сжала кулаки и стукнула ими по коленкам.

– Я сама виновата. Надо было тебе раньше все рассказать. Было бы у тебя больше времени, чтобы привыкнуть к этой мысли, и тогда ты, может быть…

– Шэй, я бы никогда не привыкла к этой мысли. Я не хочу на всю жизнь оставаться уродкой. Я хочу, чтобы у меня были большие глаза и пухлые губы, хочу, чтобы все на меня смотрели и ахали. Чтоб все, кто меня увидит, сразу думали: «Кто это такая?», чтобы всем хотелось со мной познакомиться и послушать, что я скажу.

– Вот мне-то точно будет что сказать.

– Например? «Я сегодня подстрелила волка и сожрала его»?

Шэй хихикнула.

– Люди не едят волков, Тэлли. Кроликов, по-моему, едят. И еще, кажется, оленей.

– Ну просто блеск. Спасибо, Шэй, я все очень живо представила.

– А я, наверное, перейду на рыбу и овощи. Но дело-то не в том, как жить и что есть. Дело в том, чтобы стать такой, какой я хочу стать. А не такой, какой я должна стать, по мнению какого-то гадского хирургического консилиума.