Утро кровавого праздника

Это привело Джека в оцепенение, он поглядел на горлышко, которое все еще было у него в кулаке.

– Адмирал, – сказал он, – разве британские моряки способны на такое? Это что же такое? Трюк неуклюжего увальня или удар идущего напролом победителя? Господи!

– Не шуми. Ты еще не пьян, и я решил, что ты и не должен пьянеть, поэтому я произвел бортовой залп в эту бутылку рома. Теперь можешь оставаться с нами. Но запомни, ты сейчас на боевом задании и не должен ничего делать без приказа.

– Да, да, ваша честь, – сказал Джек, выбрасывая горлышко бутылки и грустно глядя на землю, от которой исходил запах рома, – все это так.

Но как тяжело выдержать, когда прерывают твое испитие грога. Будь я проклят, меня еще никогда не прерывали, когда бутылка была у меня во рту.

Генри и Чарльз не могли сдержать улыбку от разочарования Джека. Они знали, что не будь произведено этого насильственного деяния, Джека в течение получаса уже нельзя было контролировать.

Но Джек был явно недоволен и считал, что его очень сильно обидели.

Это было тоже неплохо, потому что когда он думал о несправедливости по отношению к нему, он всегда был тих. А такое с ним случалось редко.

Они немного закусили, и, когда приближался день, братья Баннерворт, а также Чарльз Голланд стали испытывать нетерпение. Они очень хотели узнать, что же делает сейчас в замке сэр Френсис Варни.

Они разговаривали тихим голосом, выдавая всевозможные предположения по поводу этого таинственного пристрастия к их дому. Но ни одна из догадок не была достаточно убедительной.

Они более чем подозревали доктора Чиллингворта в том, что он или что-то еще знает, или до чего-то догадался, потому что был уж очень спокоен. Но доктор отрицал это. Когда они спросили его об этом, все что он им сказал было:

– Мои добрые друзья, вы же и сами видите, что здесь есть какая-то тайна, и я верю, что сегодня она откроется.

Они были вынуждены довольствоваться таким ответом. Теперь над этим местом нависали унылые тени вечера, погружая все в тусклость и покой ранней ночи.

Шум из дома прекратился и все было совершенно тихо. Генри не раз казалось, что слышал шаги в саду.

Он сказал о своих подозрениях Чарльзу Голланду, на что тот сразу же сказал:

– Я слышал то же самое.

– В самом деле? Значит мне это не показалось. Мы одновременно не могли просто представить себе такие вещи. Дом окружен, и сегодняшняя ночь будет богата событиями. Они прольют свет на дело, связанное с вампиром, который всех сбивал с толку.