Утро кровавого праздника

– Тише! – сказал Чарльз. – Вот опять. Я абсолютно уверен, что слышал как треснула ветка с той стороны стены сада. Доктор и адмирал о чем-то усиленно спорят, мы скажем им об этом?

– Нет. Давай пока просто слушать.

Они сосредоточили все свое внимание на слушании. Приложив уши к земле они убедились, что у стены сада ходит не один человек. После непродолжительных консультаций Генри решил: он знает эту местность лучше всех и поэтому пойдет на разведку, не сказав ничего доктору и адмиралу, он незаметно стал пробираться в направлении той части забора, где на него можно было легко залезть.

Глава 4

Зная на какие жестокие вещи способна иногда неуправляемая толпа, и зная, что она собиралась сделать здесь в прошлый раз по отношению к замку, Генри Баннерворт, не без оснований, опасался за свой древний дом.

Он не перебирался за забор, он просто подполз к нему и в любой момент мог перепрыгнуть через него, если бы захотел. Когда кто-нибудь двигался или говорил с другой стороны, ему это было слышно.

Несколько мгновений все было тихо, затем он внезапно услышал как кто-то тихим голосом сказал:

– Тише! Тс! Вы ничего не слышали?

– Думаю слышал, – сказал другой, – но я сомневаюсь.

– Прислушайтесь еще раз.

«Зачем, – подумал Генри, – эти люди тайно собрались здесь? Будет очень странно, если у них какая-то другая цель, кроме уничтожения поместья.»

Очень осторожно он встал так, чтобы краем глаза посмотреть через забор.

Генри ожидал увидеть двух или трех людей, максимум. Каково же было его удивление, когда он обнаружил толпу людей, стоявших пригнувшись за забором сада.

Он был настолько удивлен, что несколько мгновений стоял и глядел, забыв об опасности быть обнаруженным в процессе слежки за ними.

Когда его чувство удивления ослабло, он осторожно вернулся в первоначальную позицию. Он опять услышал разговор, производимый тихими голосами, нарушающими тишину ночи.

– Я для себя решил, – сказал один, – что не отступлюсь от этого. Я, помоги Господи, избавлю округу от этого страшного человека.

– Не называй его человеком, – сказал другой.

– Хорошо, хорошо, это не правильно – называть человеком вампира.

«Еще его можно назвать Варни, – сказал сам себе Генри Баннерворт, – им нужна его жизнь. Что же делать, чтобы спасти его? Если я захочу, то смогу спасти его.