Фелинис. Повесть из истории гонений христиан при Домициане

Но я бы был спокойнее, если бы сохранил свой палец, или, если бы эти раны не были получены от руки Флавиев. Мысль моя, что я спас женщину из этой проклятой семьи и был так позорно поражен главою ее, приводит меня в ярость. Неужели мы будем вечно жертвами этого ненавистного рода?

– Терпение! – сказал Кермор, – час мщения не замедлит настать.

– Да! – вскричал Фелинис, – час мщения настанет, я живу этой мыслью. Когда это исполнится, я могу спокойно умереть. С тех пор, как я познал несчастия, я жажду той минуты, когда погибнут наши враги.

О, Кермор! какое наслаждение испытаем мы, омочив наши кинжалы в их крови!

Но скоро пылкие слова замерли на устах Фелиниса. Голова его опустилась на грудь и громкое рыдание вырвалось из его груди.

– Что с тобою? – спросил старик.

Молодой человек указал на свою изуродованную руку.

– Сын Масменоя, – сказал молодой человек, волнуясь, – похож был на пантеру, прыгающую между скалами и лесами. Никто лучше не стрелял из лука, никто, не боролся более отважно с врагом на мечах, с рогатиной побеждал диких зверей и никто, кроме него, не укрощал так легко самую дикую лошадь.

Несмотря на его молодость и нежное сложение, никто не мог сравняться с ним ловкостью, проворством и силой. Кто похвастается победой над ним?

– Все это верно, – сказал Кермор.

– Увы! – продолжал молодой человек, – теперь сын Масменоя не воин более. Возрадуются враги; птицы будут свободно летать в воздухе, волки, кабаны и медведи будут опустошать стада, и некому будет помешать им в этом! Сын Масменоя отныне способен разве только плести ивовые изгороди или погонять быков.

– Господин, не предавайся таким мрачным мыслям, они подрывают твой дух!

– Оставь меня оплакивать мое горе. Человек с изуродованной рукой не может быть среди воинов. В особенности здесь, в этом проклятом Риме, не иметь возможности владеть ни луком, ни мечом!

– Фелинис, не говори так! – сказал старик. – Рана, которая обесчещивает глупого человека, желающего через нее освободиться от воинских трудов, становится символом славы для человека, получившего ее от своего врага, она вечно напоминает ему об ужасных ударах, которые он должен наносить, чтобы смыть свою обиду.

Отомсти за себя! И когда ты появишься среди нашего народа, воины будут приветствовать тебя, а твоя изуродованная рука покажет им, чего тебе стоило добраться до врагов твоей родины и твоего племени.

– Я отомщу за себя! – сказал Фелинис.