Флоренс Адлер плавает вечно

Эстер

Больничная палатка на Вирджиния-авеню регулярно имела дело с солнечными ожогами и ударами, а также с ожогами от медуз, но если у них в тот день и были пациенты с подобными жалобами, то они давно ушли, когда спасатели принесли в палатку Флоренс. Небольшая команда – пляжный хирург, врачи, медсестры – в полном составе сгрудилась вокруг койки в дальнем углу палатки.

Эстер не могла уложить в голове распростертую на койке девушку.

Что она была ее дочерью.

Что ее дочь не шевелилась.

Когда Эстер прибыла в палатку, она готова была с боем пробиваться сквозь переполох, но Джозеф только подтолкнул ее к паре брезентовых стульев.

– Дай им поработать, – тихо сказал он. Его лицо приобрело землистый оттенок.

Она потянулась к краю стула, с трудом нащупала его и стала вслушиваться в команды, которые пляжный хирург выкрикивал служащим. Как давно Флоренс вытащили из воды? Пять минут назад? Десять? Эстер посмотрела на часы. Половина пятого. Когда она услышала пронзительный свисток? Она не догадалась взглянуть на часы.

– Продолжайте, – скомандовал хирург, прежде чем развернуться к спасателям. – Парни, становитесь в линию. Мы должны работать по очереди.

– Что они делают? – спросила Эстер у Джозефа, когда первый спасатель сменил врача, который стучал Флоренс по спине.

– Делают массаж.

– Да, но почему спасатели?

– Чтобы сменять врачей, – ответил ее муж, не отрывая взгляда от койки. – Они устают.

Эстер обхватила себя и опустила голову между коленей.

Когда они успели устать? Прошло совсем немного времени.

Еще через несколько минут она выпрямилась и заставила себя смотреть – сквозь слезы, туманящие взгляд, – как один за другим спасатели бьют ее дочь по спине. Эстер таращилась на врачей, медбратьев и спасателей так долго, что из отдельных людей они слились в единую массу, пульсирующую в ритме ударов.

Она почти пропустила момент, когда пляжный хирург похлопал спасателя по плечу, чтобы тот остановился.

– Помоги мне перевернуть ее, – попросил он одного из врачей, что стояли по другую сторону койки.

Голос звучал подавленно. Врачи переглянулись с каким-то испуганным разочарованием и медленно перевернули Флоренс на спину. Затем сложили ее руки по бокам.

– Время смерти, – сказал пляжный хирург, посмотрев на часы, а затем на Эстер, – пять двадцать три.

* * *

В какой-то момент за Флоренс приехали. По Набережной прикатила машина, и из нее вышли двое мужчин с деревянными носилками.