Фурии командира

Он склонил голову перед патрициями и командирами легионов, сделал глубокий вдох, собрался с мыслями и заговорил:

– Как вы знаете, Первый алеранский легион удерживал берега Тибра после вторжения канимов, когда они высадились со своих кораблей в Ночь красных звезд два года назад. С тех пор мы провели несколько значительных сражений, а также множество мелких стычек. Это было нелегко…

– Но и не чересчур трудно, – вмешался сенатор Арнос, невысокий, с длинными волосами, собранными в хвост по последней моде. – В конце концов, начинающий командир просто сдержал силы вторжения, которые превосходили его плохо обученный легион в соотношении десять к одному или даже больше, конечно, если это соответствует действительности.

Тави сразу почувствовал тревогу, голос сенатора прозвучал жестко и раздраженно, но тревога быстро превратилась в гнев, ведь намек в словах Арноса был слишком прозрачным. Однако Тави напомнил себе, что именно таким способом его легче всего вывести из равновесия, и сразу овладел своими эмоциями.

– Несколько факторов сложились в нашу пользу, – спокойно, ровным голосом ответил он. – Главным из них стал раскол в командовании канимов между лидером воинской касты Насаугом и лидером касты ритуалистов Сарлом. Нам удалось столкнуть их лбами и сорвать исходный план вторжения. Их численность не может подвергаться сомнению, сенатор. Она подтверждена множеством разных источников.

– Да-да, – нетерпеливо сказал Арнос. – Уверен, что многие хотели бы услышать ответ на следующий вопрос: почему, командир, ты до сих пор не сбросил этих псов в проклятое море.

Несмотря на преимущество в численности, канимы ничего не могут противопоставить твоим рыцарям.

Тави несколько мгновений смотрел на сенатора, потом глубоко вздохнул и позвал:

– Центурион.

В зал вошел Маркус, державший в руках Т-образную металлическую конструкцию величиной с лошадиное ярмо. Он встал рядом с Тави и поднял странный предмет, чтобы все могли его увидеть.

– Это, – сказал Тави, – оружие канимов. Улучшенный стандартный лук, мы называем его балестом.

Он способен метать массивные стальные снаряды почти на две трети мили, если дует попутный ветер, и наносит удар с такой силой, что пробивает доспехи, тело солдата и выходит с другой стороны.

Арнос закатил глаза и презрительно фыркнул.

– От балестов погибло больше моих рыцарей, чем от любого другого оружия из арсенала канимов, сенатор, – сказал Тави. – Его используют хорошо подготовленные стрелки, чаще всего ночью.