Фурии командира

 – Говорят, он удивительно похож на принцепса Септимуса. И еще что его телохранитель Арарис может оказаться самим Арарисом Валерианом.

– Слухи, графиня, – сказал Гай.

– Я тоже так думала, пока не увидела лицо дона Майлса, когда Та… Сципио вошел. – Амара посмотрела на Первого консула. – Казалось, он увидел призрак.

– Слухи, графиня, – уже более жестким тоном повторил Гай.

– Слухи, которые вы хотели усилить, – тихо сказала она. – Именно по этой причине вы устроили эту встречу здесь, вместо того чтобы призвать всех в столицу.

Тут он окружен своими людьми, сохраняет уверенность, и никто не сможет поставить под сомнение его власть, а вы сможете контролировать ситуацию. Вы готовите народ к тому, чтобы его считали не просто удачливым командиром легиона.

Первый консул посмотрел на нее сверху вниз, и уголки его губ дрогнули, однако голос оставался суровым.

– Я и прежде знал, что вы умны, графиня. Вам не нужно это доказывать. Подобные вещи лучше не произносить вслух.

Амара с трудом удержалась от улыбки и с самым серьезным видом поклонилась Гаю:

– Конечно, принцепс. Я буду иметь это в виду.

Гай бросил взгляд через плечо в сторону здания штаба:

– Они действительно такого высокого мнения о нем?

– Они его любят, – ответила Амара.

Гай шагнул на чистый камень взлетной площадки.

– Так было и с Септимусом, ты же знаешь, – тихо сказал он.

Амара внимательно слушала.

– Да, в нем есть это качество.

Люди его любят. Он дает им… – Гай встряхнул головой. – Нечто. Нечто, позволяющее сделать больше, чем они могли прежде. И это поднимает их в собственных глазах. Делает великими. Он дает им…

– Надежду, – предположила Амара.

– Да, – тихо сказал Гай, и в его голосе появилось недоумение. – И магия фурий тут ни при чем. Это он сам. Я никогда не понимал, как у него получается. – Первый консул пожал плечами. – Наверное, наследство от матери.

– Принцепс… – начала Амара.

Гай устало махнул рукой:

– Я не похож на Септимуса. Или на Сципио. Некоторым я до сих пор внушаю уважение. Однако большинство испытывает лишь страх. – Его глаза смотрели в сторону, а голос стал задумчивым. – Я нехороший человек, Амара. Я был достаточно успешным Первым консулом, но… Они не сопереживают мне. Я могу вызвать лишь решимость.

Амара молча смотрела на Гая Секстуса. Он редко говорил о себе как о человеке.