Фурии принцепса

Каним, кивнув, встал:

– Тогда, с твоего согласия, я возвращусь на корабль вожака моей стаи.

Тави вскинул бровь. Это было против обыкновения.

– Ты разве не пообедаешь с нами?

Градаш дернул ухом, отказываясь, – и, только потом спохватившись, что следует ответить по-алерански, отрицательно покачал головой:

– Я хотел бы вернуться к своим до начала бури, младший брат.

Тави оглянулся на Китаи:

– Какой бури?

Китаи покачала головой:

– Демос ничего такого не говорил.

Градаш басовито заворчал – так канимы хихикали:

– Я знаю, когда идет буря.

– Что ж, тогда до следующего урока, – сказал Тави и слегка склонил голову набок, по-канимски. Градаш ответил тем же. И заработал лапами, пригнувшись, чтобы протиснуться наружу из крошечной для его роста каюты.

Тави нашел глазами Китаи, но маратка уже выбралась из гамака. Проходя мимо его койки, она пальцами расчесала волосы, бегло улыбнулась и тоже покинула каюту, чтобы почти сразу вернуться, увлекая за собой старшего камердинера легиона – Магнуса.

Для своих лет Магнус был бодрячком, хотя легионерская короткая стрижка, на глаз Тави, была ему не к лицу. Тави, пока они вдвоем исследовали руины Аппии романского периода, привык видеть на голове Магнуса копну тонких белых волос. У старика были жилистые, сильные руки, уютное брюшко и водянистые глаза, близорукие от многих лет чтения стершихся надписей в полутемных залах и пещерах. Человек немалой учености, Магнус помимо того был курсором-каллидусом, едва ли не старейшим среди отборных агентов Короны, и фактически стал наставником Тави в деле разведки.

– Китаи предупредила Демоса о словах Градаша, – без предисловий начал Магнус, – и наш добрый капитан будет начеку.

Тави покачал головой:

– Этого мало. Китаи, спроси Демоса, не сделает ли он мне одолжения. Пусть подготовится к шквалу и просигналит другим кораблям, чтобы подготовились. Как я понимаю, нам для этого времени года выпала необычно мягкая погода. Градаш не дожил бы до своих лет, будь он глупцом.

– Он исполнит, – уверенно обещала Китаи.

– Только, пожалуйста, говори с ним вежливо, – попросил Тави.

Китаи закатила глаза и вздохнула, уходя:

– Да, алеранец.

Магнус дал ей выйти, прежде чем кивнуть Тави.

– Спасибо.

– Честное слово, вы и при ней можете говорить свободно, Магнус.

Старый учитель бросил на Тави напряженный взгляд:

– С позволения принцепса.