Хладнокровное предательство

Хэмиш, как всегда, не удержался от замечания: «Вот и ты не женился на своей Джин. А я бы многое отдал, чтобы жениться на Фионе!»

Они часто спорили из-за женщин. Хэмиш не уставал напоминать, какой неглубокой оказалась любовь Джин, в то время как Фиона хранила ему верность даже после его смерти. Ратлидж до сих пор завидовал Хэмишу: его так сильно любят!

Ратлидж поспешил сменить опасную тему, потому что не был уверен, что в таком состоянии выдержит спор с голосом, звучащим у него в голове.

– Где сейчас живет этот Робинсон? – спросил он.

– В пригороде Лондона. Бедняга, кому-то придется сообщить ему страшную новость. Я рада, что не мне.

– Что тогда говорили в Эрскдейле? Как местные жители восприняли известие о Робинсоне?

Мисс Фрейзер задумчиво ответила:

– Конечно, сначала все очень переполошились. История, прямо скажем, необычная, а слухи расходятся быстро. Но постепенно все снова успокоились. Грейс… была… славной женщиной, и мы любили ее такой, какая она… была.

Голос ее снова замер.

Ратлидж с большой осторожностью поставил чашку на стол, понимая, что проигрывает в схватке со сном.

– По-моему, – медленно проговорил он, – если я в скором времени не окажусь в постели, вам придется переступать через меня, чтобы приготовить завтрак.

Он собирался ненавязчиво пошутить, но сразу вспомнил, что мисс Фрейзер сидит в инвалидной коляске и вряд ли способна переступать через кого бы то ни было.

Мысленно обругав себя за черствость, он отрывисто сказал:

– Извините…

Она улыбнулась:

– Не извиняйтесь.

Мне было бы лучше, если бы все забыли, что я не могу ходить. Жалость гораздо хуже элементарной предупредительности.

Ратлидж отлично ее понимал. Он и сам не любил, когда его жалели. Или напоминали, что он подвел и себя, и своих солдат. Доктор Флеминг оказался прав: лучше бороться в одиночку, невзирая на последствия.

Встав, он неуклюже потянулся за пальто и перчатками. Шляпа упала, покатилась по полу, похожая на футбольный мяч неправильной формы.

Подняв ее, он сказал:

– Будьте так добры, покажите мне мой номер… не хочется дожидаться мисс Камминс.

– В коридоре вторая дверь справа ведет в комнаты для гостей. Ваш номер – последний. Вон там приготовлена грелка, – добавила мисс Фрейзер, показывая на очаг. – Я завернула ее в полотенце. Очень рекомендую. Рано утром в доме бывает очень холодно. Я подогрею вам воду для бритья…

– Я и сам подогрею, если вы оставите чайник на плите.