Хозяйство света

Ночами порой случалось беспокойство: в доме священника вспыхивали все окна, там швыряли мебель и тяжелые предметы, но спросите Мрака – что делали немногие, – и он бы ответил, что душа его в опасности, и он сражался за нее, как полагается всякому.

Его жена хранила молчание, и если супруг исчезал на несколько дней, или видели, как он бродит в черном одеянии по высоким скалам, то и пускай, потому что он – служитель Господа и не признает иного суда, кроме Господнего.

Однажды Мрак оседлал свою кобылу и пропал.

Его не было месяц.

С тех пор месячные отлучки случались дважды в год, но никто не знал, куда он ездит, пока в «Гагарке» – то есть «Скале и Яме» – не поселился человек из Бристоля.

Опасливый, с глазами, сидящими так близко, словно они все время подсматривали друг за другом, и привычкой щелкать за беседой пальцами, очень быстро. Его звали Прайс.

Однажды в воскресенье, сходив в церковь, Прайс сидел у камина, с лицом, на котором застыло глубочайшее изумление, – и наконец из него вытянули: в Бристоле он встретил не кого иного, как Вавилона Мрака, а если это был не он, значит, кого-то пометил сам дьявол.

Прайс утверждал, что видел, как Мрак, одетый в совершенно другую одежду, навещал некий дом в окрестностях Клифтона недалеко от Бристоля. Прайс обратил на человека внимание из-за его роста – высокого, и осанки – весьма надменной. Он ни разу не видел этого человека с кем-нибудь, всегда одного, но мог бы поклясться своей татуировкой, что этот человек – Мрак Вавилон.

– Он контрабандист, – сказал кто-то из нас.

– У него любовница, – предположил другой.

– Это не наше дело, – сказал третий. – Он выполняет здесь свои обязанности и платит по счетам, причем щедро. Все остальное касается только его и Господа.

Остальные не были так уверены, но поскольку ни у кого не было денег, чтобы выследить Мрака, никто и не мог поручиться, правдива ли история Прайса. Однако тот обещал держать ухо востро и прислать весточку, если вдруг снова увидит Мрака или кого-то похожего.

– И он увидел?

– О да, еще как увидел, да только мы так и не выяснили, что затеял Мрак и зачем.

– Тебя там тогда не было, ты еще не родился.

– На мысе Гнева всегда был Пью.

– Но не тот же самый Пью.

Пью не сказал ничего. Надел радионаушники и поманил меня к окну.

– Вон «Макклауд», – сказал он.

Я навела бинокль на красивый грузовой корабль, белый на прямой линии горизонта.