Хранитель памяти

Давайте просто забудем об этом.

Зои испытала облегчение.

– Как вы, осваиваетесь на новом месте?

Бен кивнул, оглядывая комнату отдыха.

– Вполне. Все выглядит мило, но это отличается от моего последнего места работы.

– Как так? – не поняла Зои.

– Масштаб другой, пациентов больше, – объяснил Бен. – Предстоит серьезная работа, и у Харперов много планов.

– У вас, как я понимаю, тоже избыток идей.

Бен кивнул.

– Проблема в том, что никогда не задерживаешься в этой роли надолго, обычно от шести месяцев до года, поэтому успеваешь только внести какие-либо изменения, а вот пожинать плоды уже не удается.

– Звучит сложно, но, по-моему, это здорово – начинать все сначала.

– Да, неплохо, – ответил Бен. Когда он замолчал, Зои увидела, как его взгляд остановился на двери, ведущей в детское отделение. – Похоже, у вас здесь больше детей, чем в моем последнем заведении, – произнес он тихим голосом. – Там мы принимали по одному каждые несколько месяцев, а тут я уже наблюдал за приемом двух ребятишек.

– Еще бы. – Малькам особенно тяжело, но что удивительно, они всегда и самые веселые.

Бен прищурился.

– Малькам? Мне показалось, что я уловил австралийскую нотку? Откуда вы родом?

Зои улыбнулась, готовая в очередной раз повторить ответ на вопрос, который ей обычно задавали.

– Из Австралии. Точнее, из Сиднея. Я все думаю, что избавилась от своего акцента оззи, но выясняется, что нет.

– Вы не должны отказываться от акцента, – заметил Бен.

– А вы, конечно, аристократ из Бата, – добродушно поддразнила она.

– Я, любовь моя, вырос на злых улицах этого города, – он отбросил нейтральную интонацию и продемонстрировал очень убедительный акцент Уэст-Кантри.

Зои опешила.

– Вы либо очень хорошо имитируете, либо говорите правду.

– Я говорю правду. – Глаза Бена заблестели от неподдельного восторга. – Первые двадцать лет моей жизни я звучал именно так.

– И что изменилось?

– Я уехал из Бата, поступил в Оксфорд изучать биомедицину, а затем перебрался в Лондон.

– Ага, – понимающе произнесла Зои. – И как же вас, выходца со злых улиц Бата, впустили в круг избранных?

– Я из меньшинства, творившего добро, – ответил Бен, как показалось Зои, немного устало, и засунул руки в карманы скрабов. – Чернокожий ребенок, умный, получил поддержку от своей матери-одиночки и соседа, который был хорош в математике.