Хранитель памяти

Моего рвения к учебе хватило, чтобы поступить в университет. Я стал первым в семье, кому это удалось.

Зои кивнула.

– Я тоже была первой в своей семье, кто поступил в университет.

– Что вы изучали? – спросил Бен.

– Уход за больными. – Зои ответила так, будто это было чем-то само собой разумеющимся. – Это все, чем я когда-либо хотела заниматься.

– Должно быть, это здорово, когда все спланировано с юных лет? – Бен задумался.

– Я никогда не смотрела на это под таким углом. – Зои потерла подбородок. – Но, пожалуй, так оно и было.

А вы, я полагаю, не мечтали о карьере медбрата?

Бен рассмеялся.

– Ни в коем случае! Я хотел быть рэпером.

Зои захихикала вместе с ним.

– И для этого изучали биомедицинские науки? Что произошло?

– Я понял, что у меня хреново получается читать рэп, – признался он. – Словом, Дрейка из меня не вышло, зато медицина оказалась в выигрыше.

Зои уставилась на него, и в следующее мгновение ее осенило.

– Так вы тот самый Бен Таскер, который пару лет назад получил премию «Забота об умирающих»?

Теперь настала его очередь зардеться от смущения.

– Ну, я был частью очень большой команды. И принял эту награду за всех.

– Вы – автор той книги! Там все о последних стадиях умирания, интервью с пациентами, – продолжила Зои, как будто пропуская его слова мимо ушей. – О вас писали во всех газетах. Вырученные средства пошли на благотворительность, вас назвали героем, который противостоит неизбежности.

– Книга действительно была моей идеей. Но над ней работала вся моя команда, – объяснил Бен, все еще смущаясь.

Он выдержал короткую паузу и сменил тему: – Можно перейти на «ты»? Зои, я бы хотел кое-что обсудить.

– Хорошо.

Бен взял ее под локоток и вывел из комнаты отдыха в укромный уголок на лестничной площадке. Он огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что они одни.

– Пару слов о твоих записках. Они меня беспокоят.

– Беспокоят? – эхом повторила Зои.

– Да, – кивнул Бен. – Мне нужно, чтобы ты покончила с ними.

Зои почувствовала, что ей стало нечем дышать.

На мгновение она растерялась, не зная, что сказать.

– Почему? – наконец вырвалось у нее.

Бен потер затылок, и на его лице промелькнула тень неловкости.

– Я думаю, что они могут вызвать проблемы. Этим ты подвергаешь себя и хоспис ненужному риску.

Волна гнева накрыла ее.

– Ты, должно быть, шутишь!

– Я говорю серьезно. Прости, Зои, мне сказали, как эти записи важны для тебя…

– И для пациентов, – перебила его Зои.