Цена его коварства

– Как вы? – К счастью, система безопасности сработала, и дорожка вовремя остановилась.

Эдвард с перекошенным лицом подергал себя за руку:

– Я в порядке.

– Это моя вина…

– Нет, – коротко сказал он.

– Я вас отвлекла…

– Прекратите взваливать на себя вину! – раздраженно проговорил он. – Вы ни при чем.

– У вас голова в крови. Надо ехать в госпиталь…

Я попыталась осмотреть его голову, но он отодвинулся:

– Хватит суетиться! Говорю, я в порядке…

Схватив полотенце и намочив его теплой водой, я подала его Эдварду.

– Я не должна была позволять вам так перегружаться. Контролировать вас – это моя работа…

– Как будто это в ваших силах! – фыркнул он. Затем серьезно посмотрел на меня: – Это так. Подумайте об этом.

Наши взгляды встретились.

– Вы правы, – проговорила я. – Я не в силах вас заставить сделать что бы то ни было.

– Разумеется, – кивнул он.

Я улыбнулась, но стоило мне увидеть, как кровь стекает у него по лбу, улыбка тут же погасла.

– Но вы не можете всегда быть сильным, Эдвард. И у вас бывают моменты слабости…

– Слабости? – В его голосе было столько ярости, что я отпрянула.

– У вас была травма…

– Ах да. Я же плачу вам за это, правда? – Он осклабился в неестественной улыбке. – Я плачу вам, чтобы вы избавили меня даже от следа слабости, сделали вдвое сильнее, чем я был до тех пор, пока она…

Он отвернулся, сжав зубы.

– Вы скучаете по ней? – тихо спросила я.

– Нет! – отрезал он, отбросив полотенце. – Она отлично напомнила мне урок, который я усвоил еще в детстве: нельзя ни от кого зависеть.

Что же с ним случилось в детстве, интересно?

– Сейчас вы зависите от меня.

– Чтобы восстановиться? Да. Чтобы мои тайны не стали достоянием публики? И это правда.

– Это уже немало.

– Да, – медленно проговорил он, не сводя с меня глаз. – Немало.

Ухватившись за поручень беговой дорожки, он с трудом поднялся:

– Ну, кровь остановилась.

– Вы собираетесь продолжать бегать? – Я в ужасе смотрела на него.

– Почему нет? Вы устали?

Я протестующее подняла руку:

– Не вздумайте! Вы убьете себя!

– Я знаю, сколько могу вынести.

Когда он вновь встал на беговую дорожку, я увидела, как побелели костяшки его пальцев, вцепившихся в поручни тренажера.

Эдвард привык командовать всем и всеми. Он был готов загнать себя до смерти, доказывая собственную силу.