Чего мужчины не знают

Снаружи в воздухе чувствовался запах маленького озера, около которого стоял клуб, наполовину сладкий, наполовину горьковатый запах тростников, в стоячей воде.

– Совсем как в Южной Каролине, – сказал он, когда они подошли к балюстраде.

– Что? – удивленно спросила она.

– Ничего… просто запах. Вы любите охотиться на диких уток?

– Нет, – ответила она улыбаясь. Ее рот остался приоткрытым в изумлении. На террасе тоже были люди и лампочки под яркими абажурами. Женщины обмахивались салфеточками.

– Хэлло, Франк! – окликнул тощий молодой человек, один из американских теннисистов, участвовавших в берлинском турнире.

– Хэлло, Джордж! – сказал Франк.

– Ты действительно уезжаешь сегодня ночью в Париж?

– Да, к несчастью. Более чем пора.

– Не можешь ли ты приехать на следующей неделе в Антиб? Там будут Паскали и Сутерленды тоже. Тогда мы все могли бы отправиться на «Иль де Франс».

– Когда?

– О, семнадцатого из Шербурга.

– Слишком поздно. Я должен ехать на «Берентарии» в эту субботу.

– Фу, как неприятно. Будешь ты в июне в Нью-Йорке?… Постарайся приехать в Вестпорт. Всего лучшего.

– Тебе того же самого, – сказал Франк и подтолкнул Эвелин, направляя ее дальше. Она стояла с улыбкой на лице и в тоже время выглядела так, как будто каждую минуту могла упасть в обморок. Франк торопливо взглянул на часы.

– Сколько еще осталось? – спросила Эвелина.

Он не ответил. Вместо ответа он взял ее под руку и улыбнулся.

– Не взглянем ли мы еще раз на нашу теннисную площадку? – спросил он.

Она подобрала платье, чтобы спуститься по ступенькам, и послушно последовала за ним. Лежавшие внизу теннисные площадки белели в свете прожекторов, но теперь никто не играл на них. «Наша теннисная площадка» – это была та площадка, на которой Франк познакомился с Эвелиной восемь дней тому назад.

Неделю тому назад Джордж затащил его в клуб, пообещав, что у берлинских девушек гораздо лучшие фигуры, чем обычно предполагают, и что они лучше говорят по-английски, чем девушки Нью-Йорка.

Его слова оправдались – до известной степени. Лучшая теннисистка клуба была красивой женщиной, так и излучавшей здоровье и хорошее настроение. Она с первого взгляда пришлась по душе Франку, и он также с первого взгляда пришелся ей по душе, после чего они рассмеялись, как два заговорщика. Затем его познакомили с другой женщиной, у которой был глубокий грудной голос и прекрасные загорелые голые ноги, как будто обтянутые коричневым шелком. Ее звали Марианной.