Чернила под кожей

Двадцать часов в неделю в чертовом киоске недалеко от дома. Два полных дня и одна ночная смена. Еще и заставляют работать сверхурочно. И если откажусь, меня уволят. Предполагается, что в свой выходной я буду делать домашнюю работу. В итоге я хожу по магазинам за продуктами. У нее работа тоже есть, в музее. Рассказывает людям что-то. И тоже двадцать часов в неделю. Она могла бы в доме убираться и готовить ужин. Но нет.

Твоя игла – перо, чернила – твоя краска. Серебряные, как чешуя у рыбы, красные, как острый кетчуп.

Тусклые или ядовитые. Шепот или крик.

Когда я прихожу домой из школы, она еще лежит в постели. Ей нужна причина, чтобы встать. Я не причина. Всего лишь очередное дело, которое она откладывает на потом. Как домашняя работа. Которую мне нужно сделать. Но у меня по дому много дел: постричь газон, почистить туалет.

Пропылесосить. Вымыть раковины. Порисовать в тетрадках. Посмеяться, всплакнуть и закричать, поцеловаться, прикоснуться и дышать. Причесаться, почистить зубы, помыть полы.

Ухаживать за домом нужно как за человеком или за лошадью. Я не собираюсь жить в грязи. Мне стыдно, даже несмотря на то, что я не привожу гостей. Не приводила, даже если б все сверкало. Мне стыдно за себя. За то, как я живу, пожалуй. Вроде того. Наверно, это странно?

Можно сделать так, чтоб кожа светилась в темноте. Созвездие прямо под поверхностью, выглядывающее как луна по вечерам. Такое новшество редко когда встретишь. Но татуировки древние как мир.

Мне хочется сделать все прекраснее, но с помощью безвкусной, отталкивающей красоты. Что-то смелее, чем то, что нам привычно. Сексуальный зомби на плече. Такого рода вещи. Мне хочется, чтобы получилось.

У Тома в доме бардак похуже, чем у нас, но почему-то мне от этого приятнее. Расслабляет. Нет правил, не нужно ужины готовить или убираться. А еще у них на кухне есть батут. И не маленький – большой такой. Во время одной пьянки они стащили его у соседей и теперь не знают, как вернуть, не признаваясь в краже.

Так что соседские детишки живут без своего батута и грустно скачут во дворе на батуте воображаемом, который их отец построил из вранья.

У мальчишек в спальне построен форт из банок из-под пива. Им пришлось подвинуть телевизор, чтобы расширить восточное крыло. Том и его друзья гордятся этим фортом до того, что спят в нем иногда, хотя кроватей в доме много.

Но такие вот друзья у Тома: в их жизни куча приключений.