Шанс все изменить

С ее стороны стояло красное вино, со стороны Леона – вода.

– Это жестоко – так меня дразнить, – сказал Леон, покосившись на ее бокал.

– Я могу не пить.

– А это будет пустым переводом продукта, – жестко сказал Леон. Я не могу пить вино, но ты можешь. Вот и пей.

– Какая щедрость.

– У меня щедрое настроение.

Роза не сдержала смех. Покачав головой, она поднесла бокал к губам, сделала глоток, внезапно благодарная за дополнительное подкрепление.

– Что? – в шутку возмутился Леон. – Хочешь со мной поспорить?

– Конечно нет, – ответила она, глядя на свой ужин.

– Ну вот. – Леон взялся за нож и вилку. – Неопровержимое доказательство, что я действительно щедрый человек.

– Может быть, существуют разные виды щедрости, – заметила Роза, медленно разрезая свой стейк.

Темные брови Леона высоко выгнулись.

– Правда?

Роза пожала одним плечом:

– Возможно.

– Не заставляй меня угадывать. Это чрезмерно напрягает мой мозг.

Я не должна вываливать на тебя информацию, а тем более свои мнения. Мнения – это не факты. А тебе нужны факты.

– По твоему мнению, я не отличаюсь щедростью. По крайней мере, не во всем.

Роза протяжно выдохнула, раздражаясь на себя. И на него, и на весь мир. Ей хотелось бросить салфетку на стол и сбежать на лужайки поместья. А там она, возможно, разорвала бы одежды для драматического эффекта и стала кричать в бесчувственное небо.

Конечно, ничего подобного она не сделала.

Вместо этого она посмотрела Леону в глаза и сказала ровным, сдержанным тоном:

– Ну конечно.

– Ты это говоришь, только чтобы мне угодить.

Роза раздраженно вздохнула:

– Ты что, пытаешься начать ссору?

– Глупости какие, мы никогда не ссоримся.

– Откуда тебе это знать? – спросила она. В груди у нее возникла странная тяжесть. Конечно, Леон не ошибся. Они никогда не ссорились. Сначала Роза всю жизнь поклонялась его светлому образу, а потом они поженились и за два года после свадьбы общались так мало, что на ссоры просто не оставалось времени.

И честно говоря, даже если бы они виделись каждый день, ссор бы не было. Леон не обращал на нее внимания, но никогда не вел себя жестоко. Между ними не было особых страстей, и ссорам браться было неоткуда.

– Просто знаю, – сказал он.

– Ты такой высокомерный. Даже сейчас.

– Жадный и высокомерный. Вот каким ты меня видишь.