Я вещаю из гробницы

– Я думаю, он сломался, – заявила я. – Вероятно, ты его испортила.

– Дай мне фонарик, – сказала она после длинной паузы. – Мы пойдем и посмотрим.

Мы?

Когда Фели становилось страшно до потери пульса, «я» быстренько превращалось в «мы». Поскольку орган Святого Танкреда включен Королевским колледжем органистов в список исторических инструментов, любой ущерб этой ветхой штукенции, вероятно, будет расцениваться как акт национального вандализма.

Я знала, что Фели в ужасе от мысли, что придется сообщить викарию плохую новость.

– Веди, о виновная, – сказала я. – Как нам попасть внутрь?

– Сюда, – ответила Фели, быстро отодвинув скрытую консоль в деревянной резной панели около пульта управления органом. Я даже не успела заметить, как она это проделала.

Подсвечивая фонариком, она нырнула в узкий проход и скрылась в темноте. Я сделала глубокий вдох и последовала за ней.

Мы оказались в пахнущей плесенью пещере Аладдина, со всех сторон окруженные сталагмитами.

В радиусе света от фонарика над нами возвышались органные трубы: из дерева, из металла, всех размеров. Некоторые были толщиной с карандаш, некоторые – с водосточный желоб, а еще какие-то – с телефонную будку. Не столько пещера, пришла я к выводу, сколько лес гигантских флейт.

– Что это? – спросила я, указывая на ряд высоких конических труб, напомнивших мне духовые трубки пигмеев.

– Регистр гемсхорн, – ответила Фели. – Они для того, чтобы звучать, как древняя флейта из бараньего рога.

– А это?

– Рорфлёте.

– Потому что он рычит?

Фели закатила глаза.

– Рорфлёте означает «каминная флейта» по-немецки. Они сделаны в форме каминов.

Точно, так они и выглядят. Они бы вполне вписались в компанию дымовых труб в Букшоу.

Внезапно в тенях что-то зашипело и забулькало, и я вцепилась в талию Фели.

– Что это? – прошептала я.

– Виндлада[4 - Виндлада – резервуар для сжатого воздуха в органе.

В виндладу воздух попадает из мехов, а из виндлады поступает непосредственно в трубы.], – ответила она, направляя фонарик в дальний угол.

Точно, в тени огромная кожаная штуковина, похожая на сундук, делала медленные выдохи, сопровождаемые бронхиальными посвистыванием и шипением.

– Супер! – решила я. – Похоже на гигантский аккордеон.

– Прекрати говорить «супер», – сказала Фели. – Ты знаешь, что отец это не любит.