Буря в бокале

От времени и прожитых лет невозможно ускакать, как бы ты ни гнал, закусив удила. Рино чувствуя, как его начинает пробирать дрожь, не смело повернул голову и облегчённо перевёл дух. Унцио, сутулившись, сидел к нему спиной, вглядываясь во тьму позади. Не трудно было догадаться, что он прижимает к груди – конечно символ Мируса, спасшего сегодня в самом прямом смысле слова их жизни.

– Как вы преподобный отец Унцио?– тихо спросил он.

– Выпить охота,– устало вздохнул монах и попросил затем.– Не называй меня больше так, я обыкновенный служитель Мируса.

Рино почесал за ухом,– как вам будет угодно отче, минут через двадцать будем в Безбородовки.

***

– Может, всё-таки передумаешь? Винченцо ты излишне категоричен! Нельзя, так сгоряча, рубить всё с плеча!

– Ничего я не рублю…

Буркнул щупленький паренек, едва-едва переступивший грань, разделяющую подростка от молодого мужчины, что с сосредоточенным видом складывал нехитрые пожитки в заплечный мешок.

– Ей-богу, ты поступаешь, как капризный мальчишка! Разобидевшийся на весь белый свет!

– Капризы и обиды тут не при чём…

– Подумай, что скажут наставники, узнав о твоём решении?

– Как раз это, меня интересует меньше всего…

– И, Марьяна тоже?

Винченцо на миг оторвался от своего занятия, посмотрев в сторону приятеля, который скрестив ноги, на манер жителей востока сидел на кровати, точь-точь такой же узкой, что и его собственная, стоявшая по соседству, напротив, занимая почти всё пространство крохотной комнатушки студенческого общежития.

– Надеюсь, она меня поймёт…– Тихо произнёс паренек, уткнувшись вновь в свой мешок.

– Вин, скажи, а ты сам-то себя понимаешь? Вообще, о чём ты думаешь, покидая академию? В конце концов, подумай о родителях своих, они же так надеются на тебя. Ждут от тебя прилежного учения. Ты разобьёшь им сердце, представь, что им придётся отвечать на вопросы соседей, когда правда о твоём уходе всплывёт?

– Матфей,– вновь был вынужден прервать своё занятие Винченцо.

– Пойми, я не могу просто по-другому поступить. Остаться здесь, значит опять стать объектом для насмешек и издевательств. Я вообще не уверен, что смогу закончить академию, но пуще всего, что мне всё это ученичество больше невмоготу. Касательно матери и отца, то я уверен, они поддержали бы моё решение.

– Хорошо, и чего ты этим добьёшься? Что докажешь? Ты думаешь, уважения, своим поступком обретёшь?

– Уходом нет, действиями возможно.