Наследство Ньютона

Кстати, благородные эллины ставили памятники фаллосу в виде золотого осла. Вот, Вам и великая античная культура!

Довольный своему очередному, едкому замечанию, Марлин снова изобразил нечто в виде ухмылки. Корнев был обескуражен.

– Значит, у многих из нас присутствует духовное начало или, можно сказать, Божественное, и более примитивное, животное?

– Ну, не совсем так. Вопрос гораздо сложнее. Не надо было грешить.

– А как же быть с теорией Дарвина? – Андрей попытался защититься от неумолимой логики изложенного материала, тем самым сохранить хоть какие-то остатки своих познаний о происхождении человека.

– Здесь все просто. Человек не произошел от обезьяны. Глупости и еще раз глупости.

Марлин был явно раздражен вопросом.

– Чарльз Дарвин был глубоко верующий человек. Главным его достижением была не обезьяна с ее длинным хвостом, а систематизация всех видов, как подтверждение единства природы. Это разумная, даже блестящая мысль была с успехом им доказана. Теория естественного отбора скорее отражает вероятностный характер программы развития форм жизни на Земле.

Почитайте его Автобиографию. Представить, что для Дарвина наша Вселенная, как и человек, есть результат слепого случая, было бы крайне опрометчиво.

Здесь Марлин быстро схватил одну из лежавших на соседнем столе раскрытых книг.

– Вот послушайте: «Есть величие в этом воззрении на жизнь с ее различными силами, изначально вложенными Творцом в одну или незначительное число форм». Не правда ли, чудесные слова! – На лице Марлина играла улыбка триумфатора.

Он закрыл книгу. На обложке было название: «Происхождение видов». Чарльз Дарвин.

– Творцом! – Повторил он. – Но, конечно, сформулировать, что на нашей планете были «запущены» биологические программы в их современном понимании, было сложно. Хотя, как сказать?

Старик начинал опять заводиться и говорил с все большим напором, продолжая сверлить Корнева своими покрасневшими от напряжения глазами.

– Ваш русский ученый Дмитрий Менделеев блестяще сформулировал свою знаменитую периодическую таблицу, которая, кстати, пришла ему в голову во сне.

Но он не пытался утверждать, что один элемент природы с прибавлением его атомарного веса происходит от другого. Хотя почему нет? Если человек, по-вашему, произошел от обезьяны, почему бы атому хлора не произойти от атома фтора? Или наоборот. Близость их атомарного строения также не велика, или даже допустима, как и природная близость обезьяны и человека.