Проклятие Усердия. Том 2

Вместе с уходом Линнет на палату, – Виктор решил называть её именно так, – опустилась долгожданная тишина. Здесь никого больше не было: только он, кровать и свободное время.

Время, которое нельзя было потратить на что-то помимо сна. Ведь вымотался проклятый знатно, отключившись в тот же момент, как его голова коснулась подушки. И на этот раз никакой изнанки не было: лишь чистое забытье, которого Виктор ван Бельвиос так жаждал…

***

Он распахнул глаза среди ночи, всем своим естеством почувствовав близкую опасность.

Глаза проклятого вспыхнули синими огнями, он сам присел, а за его спиной выросли крылья, смазанным, стремительным движением рассёкшие воздух вокруг койки.

Рядом никого не было.

Чертыхаясь про себя, Виктор аккуратно опустил ноги на пол и двинулся к двери, стараясь до поры не издавать лишнего шума. На его груди всё ещё болтался «аварийный» набор артефактов, который парень тут же и перевёл в дежурный режим. Там, в общем коридоре, медленно передвигались три сигнатуры с отвратительной и гадкой маной, вопреки всем законам магии казавшейся абсолютно идентичной у всей толпы.

Толпы потому, что ещё одиннадцать сигнатур каким-то образом оказались в одном из десятка ощущавшихся пустыми помещений, где не было ни лекарей, ни пациентов.

Впрочем, с опознаванием «грязных» сигнатур у Виктора проблем не было.

«И почему какая-то дичь происходит второй день подряд? Меня что, поверх усердия ещё чем-то прокляли, что ли?!» – подумал про себя «святой», подобравшись к двери и застыв перед ней каменным изваянием.

Лишь его крылья выгнулись вперёд и натянулись, точно тетива взведённого арбалета.

На фоне неудавшегося покушения у Виктора практически не было сомнений в том, что и эти уроды прибыли по его душу. А значит битвы не избежать: в этой комнатушке даже окон не было, лишь вереница крошечных форточек под потолком. Ну а ломать стену, только чтобы спастись…

Такой шаг проклятый посчитал весьма для себя позорным просто потому, что в этом крыле поместья было очень много Бельвиосов, обделённых даром, но трудящихся на благо рода.

Те же лекари по большей части были обычными людьми, а их пациенты, как правило, отпор дать не могли ввиду своего состояния. При том сам Виктор особо не пострадал, и к нынешнему моменту полностью восстановился. Более, чем достаточно для того, чтобы попытаться устранить угрозу и поднять шум, связав врага боем.