Проклятие Усердия. Том 2

Затрещал воздух, взметнулись вверх длинные чёрные волосы, затрепетал под порывами мощнейшего ветра белоснежный плащ – и непокорные огненные всполохи сконцентрировались в её руках, превращаясь во внушительных размеров оружие. Стрела тоже возникла из ниоткуда, неистово запульсировала – и сорвалась, подталкиваемая такой же огненной тетивой. Скорость снаряда была такова, что взгляды всех присутствующих увидели лишь алый шлейф, исчезнувший спустя секунду. Но за ним можно было проследить, и увидеть, куда в конечном счёте попала стрела.

Дюран ван Бельвиос стоял на полупрозрачной платформе, широко расставив ноги и удерживая бьющийся в его изменившихся руках сгусток пламени. Серые глаза сверкали пугающим светом, а взгляд мага шестого круга пронзал, словно лезвие самого настоящего меча.

– Не думал, что когда-нибудь на это пойду. – Все слышали слова, но лицо мужчины оставалось холодным, отстранённым и застывшим, словно восковая маска. – Кто стоит за вами?

Нападавшие не ответили. Они, пользуясь возникшим перерывом, безо всяких слов, одними лишь ручными знаками общались друг с другом, прорабатывая следующую стратегию.

Или, что будет куда вернее, пытались общаться, ведь раскинувшиеся повсюду сети маны графа были выброшены вовне не просто так: они искажали звуки и свет, лишая вирфортов и магов врага способности к общению друг с другом. Дюран же это заклинание из своего тайного арсенала контролировал, и потому мог решать, кто и что должен был услышать… и даже «говорить» чужими голосами, превращая одни звуки в другие. В руках мага, разум которого мог похвастать невероятными вычислительными способностями, это был сверхэффективный инструмент.

Особенно в горячке боя, избежать которого было невозможно.

Дюран бросил взгляд на сражающихся с попеременным успехом товарищей, и тогда же всё завертелось вновь. Нападавшие не понимали природы произошедших с графом изменений, и потому посчитали, что тот отвлёкся. Посчитали ошибочно, что стоило им двоих вирфортов четвёртого ранга и одного пятого: все они понадеялись на товарищей, «обсудив» с ними план.

Дюран сконцентрировался именно на них, позволив остальным считать, будто никакой звуковой ловушки нет вовсе, а с простым искажением они успешно и без проблем справились.

Изуродованные, иссечённые и обожжённые тела полетели вниз, а Дюран, нарушая все мыслимые и немыслимые постулаты магического боя, ринулся вперёд, на ходу окружая себя барьерами и подделками под оные.