За желтой полосой тумана

В течение четырех часов устанавливали различные тарелки – уловители, антенны, полуметровые пластмассовые стаканы, какие-то зеркала разных размеров, два небольших экрана странной конструкции. После всех приготовлений, Орлов посмотрел на катер с пирса.

– Все фантасты мира позавидовали бы. Корабль будущего.

– Товарищ старший лейтенант, – позвал Орлова постовой с пирса. – Вас комбриг к телефону.

Он подбежал и схватил трубку.

– Старший…

– Слушай, Володя. Через двадцать минут, то есть в 19.30 местного, тебе выходить.

Таков приказ свыше. На выходе из затона вас ждут катера сопровождения, наш и китайский. Сейчас как тебе должен подъехать секретчик с их позывными. Не забудь выходить на связь. Удачи.

Темнело быстро. Катер медленно выходил из затона, сопровождаемый унылым взглядом бледно-желтой луны, рисующей дорожку по амурским волнам.

– Александр Семеныч, каковы шансы найти этот самый туман?

– Какие тут могут быть шансы? Тут все дело в удаче. Вот вы, Владимир Аркадьич, удачливый человек?

– Вроде как.

– И я вроде как. Может именно это и принесет нам удачу.

Два катера, стоявшие на рейде, один за другим выстроились в кильватер большого артиллерийского катера №888.

– Владимир Аркадьич, а какая у вас любимая цифра?

– Восемь.

– Я так и знал.

– Почему?

– Потому, что моя тоже восемь.

Они засмеялись.

– Номер вашего катера 888. Совпадение или…

– Совпадение. Тогда и сам удивился этому.

– Можно? – симпатичная девушка с карими, улыбающимися глазами, смотрела прямо на Орлова, который вдруг застыл, словно статуя.

 – Так можно или нет?

Капитан 3 ранга только улыбнулся, заметив смятение старшего лейтенанта.

– Можно, можно. Командир разрешает. Разрешаете, Владимир Аркадьич? – он слегка толкнул его в плечо.

– Да, конечно, проходите.

Она улыбнулась и грациозно поднялась по трапу на ГКП. Орлов отметил про себя ее открытый взгляд, плотно сидящий на стройной талии черный брючный костюм, проницательные глаза, чуть припухлый ротик и возраст.

Ей было около двадцати пяти, не больше.

– Мне только двадцать два.

– Что? – не понял Орлов.

– Я говорю, вы ошиблись. Мне всего двадцать два года.

– Вы… – удивленный и растерянный старший лейтенант покраснел.

– Я иногда улавливаю чужие мысли, особенно, если они касаются меня.

– Юлия Владимировна, вы совсем вогнали командира в краску и еще перед его подчиненными.

– Извините. Это в первый и последний раз.

– Я вас, конечно, извиняю.