Миллиард в обмен на счастье

Мы зашли в дом, из трубы которого струился слабый дымок. Огромная печь в центре улыбалась и потрескивала раскаленными углями. Привкус металла молниеносно коснулся кончика языка. Из-за занавески вышел бородатый кузнец двухметрового роста с чумазым лицом. Он вытер угольные руки о кожаный фартук, и моя рука на мгновение скрылась в ладони гиганта.

– Здравствуйте, я бы хотел изготовить собственную монету, – выпалил я.

– Разумеется, выбирайте, – пробасил мастер и протянул мне лист с популярными монетами свадебной и новогодней тематики.

– Нет, вы не совсем поняли, мне нужна собственная монета. Как ее изготовить? Предполагаю, сначала нужна чеканная форма. Вы можете помочь с этим?

Кузнец удивился, но быстро собрался с мыслями и с еле заметной улыбкой произнес:

– Возможно все что угодно. Одна форма стоит четыре тысячи рублей. Для монеты их нужно две. А сама чеканка – еще две тысячи за монету.

– Великолепно. Надеюсь, я смогу чеканить каждую монету самостоятельно?

– Разумеется, вы сможете изготовить сами столько монет, сколько сочтете нужным.

– Давайте я оставлю предоплату пять тысяч, чтобы мы с этим не затягивали. Мне, я так понимаю, надо прислать векторный файл с дизайном и размерами монеты?

– Совершенно верно. Но я не знаю, как оформить сделку: у меня нет бумаг.

– Ничего, слово кузнеца столь же весомо, как и слово купеческое. Но я попрошу вас дать мне что-то взамен. Что-то такое, что я верну вам, когда приеду за пресс-формой.

Мгновенно поняв ход моих мыслей, великан извлек из медной вазы розу из металла.

– Надеюсь, этого достаточно?

– Более чем. Благодарю.

Пройдя метров сто по мокрой жиже из снега и промочив ноги, мы зашли в дом гончаров, который и был нашей главной целью. Вот уже несколько недель мы работали над своими первыми поделками. Алена уже закончила миниатюрную вазу с полосатым рисунком, который опоясывал горлышко, будто кольца Сатурна, – темно-зеленым, коралловым, темно-синим, лиловым, оттенками охры и мяты.

Мое же скромное изделие представляло собой обыкновенный подсвечник, который, признаться, я вылепил не без помощи Елизаветы, дочери гончара. Через неделю мы специальным инструментом прорезали на нем выпуклую полосатую фактуру. Сегодня мне предстояло покрыть свое творение амальгамой – эмульсией из белой глины и окислов металлов.

Вращая левой рукой крутящуюся подставку, правой я, словно станок с ЧПУ, медленно двигал кистью по ребристой поверхности своего подсвечника.