Творческие работники

Вашего сотрудника убили, потому что должны были убить в его настоящей судьбе! При чем здесь мы? Так ему на роду было написано, – теперь голосок у толстенького человека стал раздраженно-сварливым. – А наше дело было лишь заснять все это. А убийство вы расследуйте. Это ваша забота…

Иван Александрович машинально кивал головой. У него, как во время резких спусков самолета, как будто уши закладывало, и звуки пропадали.

– Да, да, – машинально кивал он, судорожно прислушиваясь к чему-то внутри.

В окне на белом, ровном фоне спокойного дня причудливо сплетались темные, выпуклые ветви деревьев.

Ровный белый свет наполнял кабинет.

– А откуда вы узнали, что именно сегодня, скажем, его убьют? – наконец медленно проговорил он.

Тут толстяк даже подпрыгнул в кресле и горестно всплеснул ручками:

– Какой вы непонятливый! – закричал он тонко и противно. – Я ведь сказал вам. Сценарии – это кусок жизни. В нем все роли и персонажи – реальные судьбы реальных людей! Все настоящее! – завопил он и оборвал звук сердито.

Ивану Александровичу показалось, будто что-то тяжелое легло ему на шею и основание затылка. Он стал делать вращательные движения головой, пытаясь стряхнуть эту неприятную, сводящую с ума тяжесть. Но тут у него в голове вновь прояснилось, и просто, тихо он спросил:

– Что же, сценарий пишется заранее?

– Конечно, конечно. В этом-то все и дело. Это наша находка! – заорал облегченно-радостно человечек.

Тут Иван Александрович окончательно понял, что он спит и видит сон. И вздохнул.

Во сне все может быть. Он спросил непринужденно.

– Быть может, есть сценарий, в котором и я участвую? И вы?

– Есть, есть. Конечно, есть. Мы с вами в одном сценарии участвуем. И ваш померший сотрудник там же, – толстяк широко улыбался, жмурился от удовольствия. Ясно было, он счастлив играть в одном сценарии с вами… Он вас любит…

Иван Александрович тоже улыбнулся и легко вздохнул. Сон есть сон.

– И можно прочитать?

– Вам можно, – сказал пухленький человек, – так задумано в сюжете, что вы читаете о своей судьбе.

Книгу судьбы, так сказать, ха-ха-ха… Вот! – заорал он. – Наш каждый сценарий – это книга судьбы для тех, кто в нем герои, – и заливисто захохотал. – Это и есть главная находка! Какой ход!

– А кто их пишет? Сценарии?

Тут в кабинете все затихло, потому что толстяк сполз с сиденья и неожиданно мягко стал подкрадываться к окну. Бац!

– Убил, готово, – заорал он снова. – Комары, – пояснил он уже спокойно Ивану Александровичу.